Загрузка...
Саламбо — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Саламбо

Автор Гюстав Флобер
12+20101k читателей
Дата написания1861-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаfr
СерияЗарубежная классика
Возрастное ограничение12+

Описание

В эпическом повествовании о Карфагене сочетаются военные интриги, религиозные ритуалы и личные судьбы. Главные герои — военные лидеры, жрицы и наемники, чьи решения влияют на ход войны и судьбу города. Книга раскрывает конфликт между Карфагеном и его союзниками, а также трагическую судьбу Саламбо, чья вера и решимость становятся ключевыми в судьбе Карфагена.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между Карфагеном и наемниками, внутренние разногласия и борьба за власть, которые приводят к войне и трагическим судьбам героев.

Ключевые идеи

  • Многонациональный пир в дворце Гамилькара как символ богатства и разногласий Карфагена.
  • Конфликт между карфагенскими властями и наемниками, вызванный долгами и неплатежами.
  • Освобождение рабов и появление Саламбо как ключевые поворотные моменты.
  • Решение наемников покинуть Карфаген и отправиться в Сикку.
  • Ночной ритуал поклонения луне и богиням
  • Внутренний конфликт и ограничения жрицы Саламбо
  • Приближение варваров и напряжённость в Карфагене
  • Покрывало богини как символ власти и конфликт вокруг него
  • Формирование союза между греческим командиром, вождём племени и другим вождём для осады Карфагена
  • Внутренние политические разногласия Карфагена и их влияние на оборону
  • Роль священного предмета – заимфа, как символа и потенциального оружия
  • Экономическая эксплуатация и налоговая нагрузка Карфагена как фактор внутреннего недовольства

Вывод

Книга показывает, как политические интриги, религиозные ритуалы и военные стратегии переплетаются, приводя к трагическим судьбам и изменению баланса сил.

Кому полезна

  • Любители классической литературы
  • Историки
  • Студенты истории и литературы

Главные темы

  • Война и политика
  • Религиозные ритуалы
  • Борьба за власть
  • Судьба героини

Персонажи

  • Саламбо — Дочь Гамилькара, бывшая рабыня, ставшая жрицей. Вызывает страх и восхищение у солдат, её слова влияют на боевой дух. Страдает от болезни, связанной с черным пифоном, но решительна. Восстановила порядок и стала символом национального торжества.
  • Гамилькар — Властвующий лидер, вводит строгие налоги, мобилизует армию, реформирует легион, использует слонов. После потери заимфа становится беспощадным, организует осаду Карфагена, взаимодействует с Нар Гавасом и другими союзниками. Вернул заимф и спас отечество.
  • Мато — Вождь варваров, стремится к агрессивной стратегии, пытается украсть покрывало богини. Борется за контроль Карфагена, желает вернуть заимф, иногда конфликтует с Гамилькаром. Участвует в осаде, проявляет жестокость к пленникам, подвергнут пытке.
  • Спенди — Показывает благодарность наемникам, рассказывает о своей истории, помогает им в конфликте, взаимодействует с Гамилькаром, иногда конфликтует.
  • Нар Гавас — Предлагает слонов, войну, финики и огромную армию, стремится к союзу с Спенди и Мато для осады Карфагена. Поддерживает Спенди, конфликтует с Мато. Союзник Гамилькара, прибывает с шестью тысячами солдат и сорока слонами, укрепляя оборону Карфагена.
  • Ганнон — Стремится укрепить оборону Карфагена, сталкивается с разногласиями и недовольством населения. Использует ресурсы и стратегию для победы над наемниками, иногда конфликтует с Гамилькаром.
  • Гискон — Управляет наемниками, сталкивается с конфликтом с карфагенскими властями.
  • Шагабарим — Учитель Саламбо, хранитель тайн богов, отказывается раскрывать их. Мудрый жрец, лечит Саламбо и поручает ей миссию.
  • Танит — Богиня плодородия и силы, чьё покрывало было похищено.
  • Рабыня — Поддерживает Саламбо в ритуалах, несёт угли и благовония.
  • Сисситы — Обязаны платить налоги, включая женщин и детей.
  • Жреческие коллегии — Вынуждены платить налоги и сдавать имущество.

Цитаты

  • «Пир возобновился. Но ведь Гискон мог вернуться и, обойдя предместье, доходившее до последних укреплений, раздавить наемников, прижать их к стенам.»
  • «Саламбо, не будьте она дочь Гамилькара…»
  • О Раббет!.. Ваалет!.. Танит!..
  • Пойди позови Шагабарима.
  • — Я должен был похитить ее! — сказал он вечером Спендию.
  • — Я вам доставлю слонов, их много в моих лесах, вино, древесное масло, ячмень, финики, смолу и серу для осад, двадцать тысяч пехоты и десять тысяч лошадей.
  • Он потребовал выдачи всех лошадей, всех мулов, всего оружия.
  • Гамилькар уничтожил право Великого совета выбирать военачальников.
  • "Только потом!"
  • "Ты должна пойти к варварам и взять у них заимф!"

Сводка по автору из Wikidata

1821–1880. Gustave Flaubert. французский писатель

Читать онлайн

Страница 1 из 82

Гюстав Флобер САЛАМБО

I. Пир

Это было в Мегаре, предместье Карфагена, в садах Гамилькара.[ 1]

Солдаты, которыми он командовал в Сицилии, устроили большое пиршество, чтобы отпраздновать годовщину Эрикской битвы,[2] и так как хозяин отсутствовал, а их было много, они ели и пили без всякого стеснения.

Начальники, обутые в бронзовые котурны, поместились в среднем проходе под пурпуровым навесом с золотой бахромой. Навес тянулся от стены конюшен до первой террасы дворца. Простые солдаты расположились под деревьями; оттуда видно было множество строений с плоскими крышами — давильни, погреба, амбары, хлебопекарни, арсеналы, а также двор для слонов, рвы для диких зверей я тюрьма для рабов.

Фиговые деревья окружали кухни; лес смоковниц тянулся до зеленых куш, где рдели гранаты меж белых хлопчатников; отягченные гроздьями виноградники поднимались ввысь к ветвям сосен; под платанами цвело поле роз; на лужайках местами покачивались лилии; дорожки были посыпаны черным песком, смешанным с коралловым порошком, а посредине тянулась аллея кипарисов, как двойная колоннада зеленых обелисков.

Дворец Гамилькара, построенный из нумидийского мрамора в желтых пятнах, громоздился в отдалении на широком фундаменте; четыре этажа его выступали террасами один над другим. Его монументальная прямая лестница из черного дерева, где в углах каждой ступеньки стояли носовые части захваченных вражеских галер, красные двери, помеченные черным крестом, с медными решетками — защитой снизу от скорпионов; легкие золотые переплеты, замыкавшие верхние оконца, — все это придавало дворцу суровую пышность, и он казался солдатам столь же торжественным и непроницаемым, как лицо Гамилькара.

Совет предоставил им его дом для пира. Выздоравливавшие солдаты, которые ночевали в храме Эшмуна,[3] отправились сюда на заре, плетясь на костылях. Толпа возрастала с каждой минутой. Люди беспрерывно стекались ко дворцу по всем дорожкам, точно потоки, устремляющиеся в озеро. Между деревьями сновали кухонные рабы, испуганные, полунагие; газели на лугах убегали с громким блеянием. Солнце близилось к закату, и от запаха лимонных деревьев испарения потной толпы казались еще более тягостными.

Тут были люди разных наций — лигуры,[4] лузитанцы,[5] балеары,[6] негры и беглецы из Рима. Наряду с тяжелым дорийским говором раздавались кельтские голоса, грохотавшие, как боевые колесницы, ионийские окончания сталкивались с согласными пустыни, резкими, точно крики шакала. Грека можно было отличить по тонкому стану, египтянина — по высоким сутулым плечам, кантабра[7] — по толстым икрам. На шлемах у карийцев[8] горделиво покачивались перья; каппадокийские[9] стрелки расписали свое тело большими цветами; несколько лидийцев с серьгами в ушах садились за трапезу в женских одеждах и туфлях. Иные, намазавшись для праздника киноварью, похожи были на коралловые статуи.

Они разлеглись на подушках, ели, сидя на корточках вокруг больших блюд, или же, лежа на животе, хватали куски мяса и насыщались, упершись локтями, в мирной позе львов, разрывающих добычу. Прибывшие позже других стояли, прислонившись к деревьям, смотрели на низкие столы, наполовину скрытые пунцовыми скатертями, и ждали своей очереди.

Кухонь Гамилькара не хватало; Совет послал рабов, посуду, ложа для пирующих; среди сада, как на поле битвы, когда сжигают мертвецов, горели яркие костры, и на них жарили быков. Хлебы, посыпанные анисом, чередовались с огромными сырами, более тяжелыми, чем диски. Около золотых плетеных корзин с цветами стояли чаши с вином и сосуды с водой. Все широко раскрывали глаза от радости, что, наконец, можно наесться досыта. Кое-где затягивали песни.

Прежде всего им подали на красных глиняных тарелках с черными узорами дичь под зеленым соусом, потом — всякие ракушки, какие только собирают на карфагенских берегах, похлебки из пшена, ячменя, бобов и улитки с тмином на желтых янтарных блюдах.

Вслед за тем столы уставили мясными блюдами. Подали антилоп с рогами, павлинов с перьями, целых баранов, сваренных в сладком вине, верблюжьи и буйволовы окорока, ежей с приправой из рыбьих внутренностей, жареную саранчу и белок в маринаде. В деревянных чашках из Тамрапании плавали в шафране большие куски жира. Все было залито рассолом, приправлено трюфелями и асафетидой. Пирамиды плодов валились на медовые пироги. Было, конечно, и жаркое из маленьких собачек с толстыми животами и розовой шерстью, которых откармливали выжимками из маслин, — карфагенское блюдо, вызывавшее отвращение у других народов. Неожиданность новых яств возбуждала жадность пирующих. Галлы с длинными волосами, собранными на макушке кверху, вырывали друг у друга из рук арбузы и лимоны и съедали их с коркой. Негры, никогда не видавшие лангуст, раздирали себе лица об их красные колючки. Бритые греки, у которых лица были белее мрамора, бросали за спину остатки со своих тарелок, а пастухи из Бруттиума,[10] одетые в волчьи шкуры, ели молча, уткнувшись в тарелки.

Наступила ночь. Сняли велариум,[11] протянутый над аллеей из кипарисов, и принесли факелы.

Дрожащее пламя нефти, горевшей в порфировых вазах, испугало на вершинах кипарисов обезьян, посвященных луне. Их резкие крики очень смешили солдат.

Продолговатые отсветы пламени дрожали на медных панцирях. Блюда с инкрустацией из драгоценных камней искрились разноцветными огнями. Чаши с краями из выпуклых зеркал умножали увеличенные образцы предметов. Толпясь вокруг, солдаты изумленно в них гляделись и гримасничали, чтобы посмеяться. Они бросали друг в друга через столы табуреты из слоновой кости и золотые лопатки. Они пили залпом греческие вина, которые хранят в бурдюках, вина Кампаньи,[12] заключенные в амфоры,[13] кантабрийское вино, которое привозят в бочках, и вина из ююбы, киннамона и лотоса. На земле образовались скользкие лужи вина, пар от мяса поднимался к листве деревьев вместе с испарением от дыхания. Слышны были одновременно громкое чавканье, шум речей, песни, дребезг чаш и кампанских ваз, которые, падая, разбивались на тысячи кусков, или чистый звон больших серебряных блюд.

По мере того как солдаты пьянели, они все больше думали о несправедливости к ним Карфагена.

Республика, истощенная войной, допустила скопление в городе отрядов, возвращавшихся из похода. Гискон, начальник наемных войск, умышленно отправлял их частями, чтобы облегчить выплату им жалованья, но Совет думал, что они в конце концов согласятся на некоторую уступку. Теперь же наемников возненавидели за то, что им нечем было уплатить. Этот долг смешивался в представлении народа с тремя тысячами двумястами евбейских талантов,[14] которые требовал Лутаций,[15] и Карфаген считал наемников такими же врагами, как и римлян. Солдаты это понимали, и возмущение их выражалось в угрозах и гневных выходках. Они, наконец, потребовали разрешения собраться, чтобы отпраздновать одну из своих побед, и партия мира уступила, мстя этим Гамилькару, который так упорно стоял за войну. Она теперь кончилась вопреки его воле, и он, отчаявшись в Карфагене, передал начальство над наемниками Гискону. Дворец Гамилькара предоставили для приема солдат с целью направить на него часть той ненависти, которую те испытывали к Карфагену. К тому же устройство пиршества влекло за собой огромные расходы, и все они падали на Гамилькара.

Страница 1 из 82

Назад1282Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 2

Назад12Далее