Читать бесплатно онлайн

Лед и огонь

Автор Фрэнсис Скотт Фицджеральд

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

классическая проза

Темы

дружбалюбовьфинансыюмормеланхолияповседневностьситуациисобытиячеловеческие отношениясборник

Описание

Книга повествует о семейных и финансовых отношениях пары Жаклин и Мейзера, их взаимодействии с друзьями и коллегами, а также о внутреннем конфликте Мейзера между щедростью и необходимостью защищать свои ресурсы.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между желанием помогать и необходимостью защищать свои ресурсы, влияющий на семейные отношения.

Ключевые идеи

Наблюдение за человеческими отношениями в офисной обстановке
Случайная встреча, раскрывающая скрытые эмоции персонажей
Важность дружбы и взаимной поддержки
Проблемы небольших займов и их последствия
Неловкие ситуации в общественном транспорте
Проблема избыточной щедрости и её последствия для личных отношений.
Внутренний конфликт Мейзера между желанием помогать и необходимостью защищать собственные ресурсы.
Внутренний конфликт между обязанностью к старому другу и заботой о жене.
Влияние жаркой погоды и плотного пассажирского потока на поведение человека.
Роль памяти и воспоминаний о прошлом в принятии решений.

Вывод

Книга приводит к осознанию, что щедрость без границ может привести к изнурению и разочарованию.

Кому полезна

Люди, интересующиеся семейными отношениями и финансовыми вопросами
Профессионалы в области финансов

Главные темы

Финансовые обязательства и семейные отношения
Личные границы и щедрость

Персонажи

Мейзер — Человек, который привык помогать другим, но начинает осознавать, что его щедрость истощает его ресурсы и приводит к изнурению. Усталый, размышляющий о прошлом и о будущих обязанностях, пытается найти баланс между личной жизнью и долгами. Дружелюбный, но иногда неуверенный в своих решениях. Он предоставляет брокерские услуги и становится объектом внимания Бронсона.
Жаклин — Она приходит в офис мужа, чтобы проверить его работу, и становится свидетелем странного поведения Бронсона. заботливая, но раздражённая, стремится понять мотивы мужа Чувствует, что её муж использует её деньги и время, и становится всё более тревожной и утомленной. Трудная, уставшая, нуждающаяся в поддержке и заботе мужа.
Бронсон — Он стоит рядом с мужем Жаклин и проявляет агрессивное поведение, тряся его руку. покрасневший, нуждающийся, но не всегда честный
Мистер Лейси — Просит у Мейзера $450 для страховки, но Мейзер отказывается. Неизвестный персонаж, но важный для решения дела.
Дрейк — Соблюдает строгий принцип не выдавать деньги, что приводит к отказу Мейзера.
Крупная пассажирка — тяжёлый, раздражающий, создаёт конфликт в трамвае
старый господин — Символ прошлого и памяти, о котором Мейзер размышляет.
пожилая дама — Старая женщина, рядом с которой Мейзер сидит.
группа девушек — Молодые девушки, заполняющие проход.

Цитаты

О, извините меня
покрасневшие глаза молодого человека
Ты остолоп!
Он взял взаймы у тебя денег?
«Он использовал тебя. Он знал, что ты поможешь, и он использовал тебя. Неужели ты не видишь? Он хотел, чтобы ты купил ему машину, и ты купил.»
«Я не смогу одолжить вам эти деньги.»
Пожалуйста, пройдите в глубь вагона.
Она была бы расстроена, и ей нужно, чтобы они посидели обнявшись часок после ужина.

Сводка по автору из Wikidata

1896–1940. Francis Scott Key Fitzgerald. американский писатель (1896—1940)

Читать онлайн

Страница 2 из 5

Они вышли из трамвая, и Жаклин наконец взорвалась.

– Ты остолоп! – яростно закричала она. – Ты не видел, какой ужасной женщине ты уступаешь место? Почему бы тебе для разнообразия не подумать обо мне вместо каждой встречной самовлюбленной толстухи?

– Откуда мне было знать…

Но Жаклин уже разозлилась на него как никогда, обычно на него никто никогда не злился.

– Ты не заметил, хоть кто-нибудь из этих мужчин уступил мне место? Неудивительно, что в понедельник ты слишком устал, чтобы прогуляться со мной. Ты, вероятно, уступил свое место кому-нибудь – какой-нибудь ужасной польской посудомойке, сильной как бык, которой и постоять несложно.

Они шли по слякоти, с остервенением проваливаясь в лужи. Смущенный и расстроенный, Мейзер не мог выдавить из себя ни оправданий, ни объяснений.

Жаклин осеклась на полуслове и повернулась к нему с лукавым блеском в глазах. Слова, которыми она закончила этот разговор, вероятно, были самыми неприятными из всех, ему сказанных.

– Твоя проблема, Джек, причина, по которой ты становишься такой легкой добычей, в том, что у тебя в голове бродят идеи студента-первогодка. Ты – профессиональный славный парень.

II

Происшествие и все неприятности, связанные с ним, были забыты. Легкий характер Мейзера помог сгладить все острые углы, не прошло и часа. Отголоски этой бури вспыхивали еще несколько дней, а потом постепенно ушли в темницу забвения. Я говорю «темница» потому, что забвение, к сожалению, никогда не бывает окончательным. Эту тему перевесил тот факт, что Жаклин, со своим обывательским духом и хладнокровием, вступила на долгий и напряженный путь вынашивания ребенка. Ее природные страхи и предрассудки стали еще сильнее. Был уже апрель, а машину они так и не купили. Мейзер обнаружил, что ему почти ничего не удается откладывать, а меньше чем через полгода у него на руках окажется полноценная семья. Это беспокоило его. Морщинки – маленькие, почти незаметные, не причиняющие беспокойства – впервые появились как тень вокруг его честных, доброжелательных глаз. Сейчас он засиживался надолго после наступления весенних сумерек и постоянно брал с собой работу. С новой машиной пришлось повременить.

Стоял апрельский полдень, и весь город вышел за покупками на Вашингтон-стрит. Жаклин медленно прохаживалась мимо магазинов, без лишних страхов или беспокойства размышляя о той форме, которую вынужденно принимала сейчас ее жизнь. Воздух пах сухой летней пылью, солнечные лучики весело отражались от зеркальных витрин, превращаясь в бензиновые радуги там, где на асфальте оставались следы от машин.

Жаклин остановилась. Меньше чем в шести футах от нее на краю тротуара был припаркован новенький сверкающий спортивный родстер. Около него стоя беседовали двое мужчин, и в тот момент, когда в одном из них она узнала молодого Бронсона, до нее долетел обрывок фразы:

– Ну, что скажешь? Получил его этим утром.

Жаклин резко развернулась и быстрым чеканным шагом отправилась в офис мужа. Коротко кивнув стенографистке, она прошла мимо нее в кабинет. Мейзер взглянул на нее с удивлением, вызванным внезапностью вторжения.

– Джим, – у нее перехватило дыхание, – Бронсон вернул тебе те три сотни?

– А что? Нет, – неуверенно ответил он. – Пока нет. Он был здесь на прошлой неделе и объяснил, что у него сейчас трудности.

В ее глазах засветилось мрачное торжество.

– Ой, правда? – резко сказала она. – Что ж, он только что купил новую спортивную машину, которая стоит, должно быть, около двадцати пяти тысяч долларов.

Он недоверчиво покачал головой.

– Я видела ее, – настаивала она. – Я слышала, как он сказал, что только что купил ее.

– Он сказал мне, что у него сейчас проблемы, – безнадежно повторил он. Жаклин громко выдохнула.

– Он использовал тебя. Он знал, что ты поможешь, и он использовал тебя. Неужели ты не видишь? Он хотел, чтобы ты купил ему машину, и ты купил. – Она горько рассмеялась. – Он наверняка надрывается от хохота, думая о том, как просто обвел тебя вокруг пальца.

– Нет-нет, – протестовал Мейзер с выражением шока на лице, – ты, должно быть, приняла за него другого.

– Мы ходим пешком, а он катается на наши денежки, – возбужденно прервала она его. – Ох, это сильно, это очень сильно. Посмотри, – в ее голосе зазвучали визгливые нотки, она пыталась сдержаться, но оттенок презрения все же проскочил. – Ты половину времени проводишь, делая вещи для людей, которым наплевать на то, что с тобой будет. Ты уступаешь место в трамвае всяким отбросам и приходишь домой вымотанный настолько, что даже пошевелиться не в силах. Ты присутствуешь на всех возможных заседаниях разных комитетов, что отнимает у тебя как минимум час в день, и не получаешь за это ни цента. Тебя в конце концов используют! Я просто не могу этого вынести. Я думала, что выходила замуж за мужчину, а не за Самаритянина, который хочет спасти весь мир.

Закончив свою обличительную речь, Жаклин покачнулась и обессиленно опустилась в кресло.

– Именно в это время, – сказала она дрогнувшим голосом, – ты мне нужен. Мне нужна твоя сила, твое здоровье и твои объятья. И если ты – если ты просто раздаешь это направо и налево, то мне достается так мало…

Он опустился перед ней на колени, мягко наклоняя ее измученную юную головку, пока она не достигла его плеча.

– Мне очень жаль, Жаклин, – робко сказал он. – Я буду вести себя аккуратнее. Я сам не понимал, что я делал.

– Ты мой самый главный человек в мире, – хриплым голосом пробормотала она. – Но я хочу тебя целиком для себя одной.

Он снова и снова гладил ее по волосам. Несколько минут они просто застыли в молчании, достигнув гармонии покоя и понимания. Затем Жаклин неохотно подняла голову, потревоженная голосом мисс Кланси, который доносился от двери.

– Ой, я прошу прощения.

– В чем дело?

– Здесь посыльный с какими-то коробками. Посылка с наложенным платежом.

Мейзер встал и последовал за мисс Кламси в приемную.

– Пятьдесят долларов.

Он поискал в бумажнике, но сообразил, что сегодня утром не зашел в банк.

– Одну минуту, – рассеянно сказал он. Все его мысли были о Жаклин, Жаклин, которая выглядела такой потерянной, ожидая его в соседней комнате. Мейзер прошел по коридору и открыл дверь конторы «Клейтон и Дрейк, брокеры», прошел через низкий проем и направился к мужчине, сидевшему за столом.

– Доброе утро, Фред, – сказал Мейзер.

Дрейк, коротышка тридцати лет с пенсне и лысиной, поднялся ему навстречу и протянул руку.

– Доброе утро, Джим. Чем могу помочь?

– Знаешь, у меня в офисе мальчишка – посыльный, а у меня нет ни цента. Ты не одолжишь мне пятьдесят долларов до вечера?

Дрейк пристально посмотрел на Мейзера. Затем медленно покачал головой – не вверх и вниз, а справа налево.

– Извини, Джим, – чопорно ответил он. – У меня есть правило никому никогда не одалживать денег ни при каких условиях. Я видел, как это разбило много дружеских отношений.

Мейзер вышел из оцепенения, и короткое междометие выразило всю глубину его шока. Затем автоматически включилась его природная деликатность, придя ему на помощь в поиске подходящих слов, хотя его мозг внезапно онемел. Его первым порывом было смягчить для Дрейка этот отказ.

Страница 2 из 5

Назад 1 2 3…5 Далее