Загрузка...
Победа — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Джозеф Конрадроманприключенияморские путешествияПобеда19 веканглийская литературапсихологиягеройэтика

Описание

Книга «Победа» раскрывает судьбу Тропического Угольного Акционерного Общества (ТУАО) и его директора Акселя Гейста, погружённого в личные и корпоративные кризисы. Через серию интриг, встреч и внутренних конфликтов автор показывает, как разрушение компании и личные испытания влияют на отношения между персонажами и заставляют их искать новые пути существования.

Главный конфликт / проблема

Кризис ликвидации Тропического Угольного Акционерного Общества и внутренние конфликты персонажей, связанные с потерей контроля и поиском смысла

Ключевые идеи

  • Гейст – спокойный, вежливый, но загадочный персонаж, который остаётся на острове во время ликвидации компании.
  • Тропическое Угольное Акционерное Общество находится в процессе ликвидации, и капитал «исчезает» как испарение.
  • Одиночество и внутренний конфликт главного героя
  • Сила музыки как катализатор эмоций
  • Сочувствие и готовность помочь чужому человеку
  • Ненависть и подозрение хозяина гостиницы
  • Влияние прошлого на настоящее и будущее
  • Одиночество и внутренний конфликт Шомберга.
  • Мистические явления как символ внутреннего беспокойства.
  • Карточные игры как метафора риска и судьбы.
  • План убийства как проявление внутреннего напряжения.
  • Экзистенциальные размышления о жизни и смерти

Вывод

Книга приводит к осознанию, что даже в условиях разрушения и предательства человек может найти путь к внутреннему пониманию и связи с другими

Кому полезна

  • Любители тропических приключений и корпоративных драм
  • Читатели, интересующиеся психологическими конфликтами
  • Профессионалы, работающие в сфере управления рисками

Главные темы

  • Ликвидация компании и её последствия
  • Внутренний конфликт главного героя
  • Тайны и интриги на острове
  • Проблемы доверия и предательства

Персонажи

  • Гейст — Скептически настроенный, чувствующий одиночество и разочарование, но обладающий внутренней добротой, проявляющейся в желании помочь Альме. Сильный внутренний конфликт, ощущение первобытного голоса, отрешённость, но ищущий смысл. Скептически относится к происходящему, пытается разобраться в тайне шлюпки и исчезновении револьвера. Старается удержать контроль и защитить свои интересы. Он наблюдает за конфликтом, но не вмешивается напрямую.
  • Лена — Эмоциональная связь для Гейста, помогает ему осознать одиночество. Пытается понять происходящее, участвует в обсуждении ключа и револьвера. Скрытна и осторожна, защищается от нападения, но в итоге соглашается помочь Рикардо. Холодна, отстранена и отказывается от Рикардо, но в итоге даёт ему нож.
  • Шомберг — Распространяет слухи о Гейсте и обсуждает его странности. Холодный и подозрительный, наблюдает за Гейстом и считает его угрозой. Чувствует одиночество, тревогу и внутренний конфликт, размышляет о возможном убийстве.
  • Рикардо — Опытный игрок, рассказывает о морских приключениях и о том, как стал частью команды. Скептически настроенный и ревнивый, стремится выяснить, кто скрывается в бунгало. Эмоционален, страстен и готов пожертвовать всем ради Лены, но также сохраняет хладнокровие и уважение к Джонсу.
  • Уанг — Молчаливый, загадочный, привлекает к себе внимание. Появляется внезапно, сообщает о шлюпке, помогает Гейсту в поисках. Вмешивается в конфликт и раскрывает кражу револьвера.
  • Капитан Дэвидсон — Возвращается в гостиницу, передаёт шаль госпоже Шомберг. Сообщает о смерти барона Гейста и о происшествиях на острове. Участвует в обсуждении ключа и револьвера.
  • Моррисон — Пытается использовать Гейста для своих целей, но часто сталкивается с его непредсказуемым поведением.
  • Тесман — Ведёт деловые переговоры с Гейстом о поставках угля.
  • Альма — Травмированная прошлым, ищет спасения и помощи.
  • Цанджиакомо — Ведёт оркестр, создавая громкую и агрессивную музыку.
  • Отец Гейста — Строгий, отверженный, но оставил уроки презрения и жалости.
  • Мистер Джонс — Обсуждает с Гейстом и Мартином вопросы безопасности и ключа. Скептически относится к идеям Рикардо, но в итоге соглашается дать ему два дня на подготовку.

Цитаты

  • Капитал Т.У.А.О. испарился в два года, и Общество находилось в периоде ликвидации — разумеется, вынужденной, а не добровольной.
  • Он был медлителен, и покуда в Лондоне и Амстердаме происходило его тихое течение, Аксель Гейст, именовавшийся в отчетах «тропическим директором», оставался на своем посту в Самбуране, главной угольной станции Общества.
  • Это ужасно, — пробормотал Гейст.
  • Я убежден, что она очень больно ущипнула вас за руку.
  • Будь осторожен, Вильгельм!
  • Я слишком хорошо приручен для такого рода вещей.
  • "В общем, во мне, должно быть, еще много первобытного человека"
  • "Наблюдать, не делая ни малейшего шума."
  • "Белые… трое…"
  • "Кровь? Не моя. Пить! Устали, измучены! Пить, приятель! Воды!"

Сводка по автору из Wikidata

1857–1924. 约瑟夫·康拉德. английский писатель польского происхождения (1857—1924)

Читать онлайн

Страница 1 из 93

Annotation

Выдающийся английский прозаик Джозеф Конрад (1857–1924) написал около тридцати книг о своих морских путешествиях и приключениях. Неоромантик, мастер психологической прозы, он по — своему пересоздал приключенческий жанр и оказал огромное влияние на литературу XX века. В числе его учеников — Хемингуэй, Фолкнер, Грэм Грин, Паустовский.

В третий том сочинений вошли повесть «Дуэль»; романы «Победа» и «На отмелях».

Джозеф Конрад

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

I

II

III

IV

V

VII

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

I

II

Ill

V

VI

VII

VIII

IX

X

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

notes

1

Джозеф Конрад Победа

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

В наш просвещенный век каждому школьнику, хорошо известно, что между каменным углем и алмазом существует самая тесная химическая связь. Поэтому некоторые и называют уголь черным алмазом. Оба эти продукта знаменуют собою богатство, но уголь является менее портативным видом собственности. С этой точки зрения ему чрезвычайно недостает концентрации! О, если бы можно было уместить каменноугольную шахту в своем кошельке! Попробуйте-ка! Тем не менее уголь обладает настоящей силой очарования как существеннейшее благо века, в котором мы уподобляемся ошалелым путешественникам в ярко освещенной и оглушительно шумной гостинице. Без сомнения, эти-то два соображения — практическое и мистическое — и помешали отъезду Акселя Гейста.

«Тропическое Угольное Акционерное Общество» находилось в состоянии ликвидации. Финансовый мир — мир таинственный, в котором, как это ни представляется неправдоподобным, испарение предшествует ликвидации, то есть разжижению. Сначала испаряется капитал; затем общество ликвидируется. Это совершенно противоестественные физические законы, но ими объяснялась упорная неподвижность Гейста, над которой мы, «тамошние», посмеивались между собою — совершенно, впрочем, безобидно. Неподвижное, инертное тело не может никому вредить, не вызывает к себе вражды и едва заслуживает насмешки. Случается, что оно мешает нам, но относительно Гейста этого нельзя было сказать. Он так же мало мог мешать кому бы то ни было, как если бы сидел на самой высокой вершине Гималаев, а в известном смысле он был и также хорошо виден. В этом уголке земною шара всем было известно, что он жил на своем островке. Остров есть лишь вершина горы. С этой вершины Аксель Гейст видел вокруг себя, вместо невесомого, бурного и прозрачного воздушного океана, теряющегося в бесконечности, теплое и не особенно глубокое море, являющееся продолжением огромных водных пространств, окружающих материки нашей планеты. Самыми частыми посетителями его были тени облаков, нарушавшие однообразие гнетущего и грозного солнца тропиков. Самым близким соседом — говоря о предметах, одушевленных известного рода жизнью, — был ленивый вулкан, который целыми днями слегка курился над северной частью горизонта. По вечерам от него Гейсту был виден, среди ярких звезд, тусклый красноватый свет, то вспыхивавший, то угасавший, подобно концу гигантской сигары, которой курильщик затягивается от времени до времени.

Аксель Гейст, засиживаясь перед сном на веранде, в свою очередь зажигал в темноте огонек такого же свойства, как этот другой курильщик на расстоянии стольких миль от него.

Если можно так выразиться, вулкан составлял ему компанию во мраке ночи — мраке, который часто казался таким плотным, что не пропускал дуновения воздуха. Ветер редко бывал настолько силен, чтобы поднять перышко. Большею частью Гейст мог бы расположиться вечером на воздухе и при свете свечи читать одну из книг, которые ему оставил в наследство отец и которые составляли прекрасную библиотеку. Но этого он никогда не делал. Вероятно, из-за москитов. Молчание также никогда не побуждало его обратиться с каким-либо случайным замечанием к дружескому огоньку вулкана. Он не был сумасшедшим. Странный субъект… это можно было сказать о нем — да некоторые, впрочем, и говорили — но вы согласитесь с тем, что между этими двумя понятиями существует огромная разница.

В лунные ночи тишина, царившая вокруг Самбурана — или, как он значится на морских картах, «Круглого Острова», — становилась ослепительной, и в лучах холодного света Гейст мог обозревать свои владения. Они казались покинутой колонией, поглощенной джунглями: неясные очертания крыш над низкой растительностью, изломанные линии бамбуковых изгородей посреди блестящей травы, покрытая дерном дорога, спускавшаяся к берегу между колючим кустарником. В море, начинавшемся шагах в двухстах, вырисовывались черная дамба и нечто вроде плотины. Но что больше всего бросалось в глаза — это гигантская черная доска, укрепленная на двух столбах и показывавшая Гейсту, когда луна светила в этом направлении, белые буквы: «Т.У.А.О.», высотою, по крайней мере, фута в два. То были инициалы «Тропического Угольного Акционерного Общества», представителем которого он состоял когда-то.

Повинуясь противоестественным законам финансового мира, капитал Т.У.А.О. испарился в два года, и Общество находилось в периоде ликвидации — разумеется, вынужденной, а не добровольной. Тем не менее в процессе этом не замечалось ни малейшей торопливости. Он был медлителен, и покуда в Лондоне и Амстердаме происходило его тихое течение, Аксель Гейст, именовавшийся в отчетах «тропическим директором», оставался на своем посту в Самбуране, главной угольной станции Общества.

Это, впрочем, была не только угольная станция. На склоне шлма, на расстоянии менее трехсот метров от качающейся при- t гани и внушительной черной доски, имелась шахта, разрабаты — инвшая месторождение каменного угля. Общество предполагало тять в свои руки все угольные залежи этих тропических остро- 1юв[чтобы эксплуатировать их на месте. И одному господу богу известно, какое количество месторождений это составляло. В›гой части тропической зоны их, в большинстве случаев, разыскал Гейст во время своих поездок без точно определенной це — ш; большой любитель переписки, он, как говорят, исписал по #9632; тому поводу бесчисленные страницы в письмах к своим европейским друзьям.

Мы сомневаемся, чтобы он видел в этом какие-либо перспективы личной наживы. Казалось, что ему главным образом ныло дорого то, что он сам называл «шагом вперед» в общей организации вселенной. Больше ста человек на островах слышало, как он исповедовал свою веру в «большой шаг вперед для тих мест». Убежденный жест руки, которым он сопровождал свои слова, словно подталкивал тропическую зону вперед. В соединении с полнейшей учтивостью его манер жест этот был убедителен или, по меньшей мере, заставлял собеседника умолкнуть на некоторое время. Никто не решался спорить с Гейстом, когда он говорил таким тоном. Его убеждение не могло никому повредить. В том, чтобы кто бы то ни было отнесся серьезно к его мечте о тропическом угле, не было ни малейшей опасности. А в таком случае к чему было оскорблять его чувства? Так рассуждали в конторах некоторых солидных фирм, куда он был допущен, благодаря привезенным им с запада рекомендательным письмам, сопровождавшимся скромными аккредитивами, за несколько лет до того, как эти угольные месторождения начали украшать собою его учтивые и шутливые речи. Сначала его понимали с некоторым трудом. Он не был путешественником. Путешественник приезжает и уезжает, отбывает к какой-либо цели. Гейст не уезжал. Однажды я встретил человека — директора отделения Общества Восточных Банков в Малакке, при котором Гейст воскликнул без явной связи с чем бы то ни было (дело происходило в биллиардной клуба):

Страница 1 из 93

Назад1293Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее