Загрузка...
Пойман с поличным — обложка книги
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Темы
Диккенсинсайдерстрахованиедовериеобманпсихологияотношенияпутешествиеморальистория

Описание

Роман повествует о наблюдателе, бывшем директоре страховой компании, который, наблюдая за жизнью и поведением людей, в частности с мистером Слинктона, сталкивается с личными потерями, страховыми делами и, в конце, с трагическим конфликтом, раскрывающим темные стороны человеческой природы.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между мистером Слинктона и мистером Беквитом, приводящий к убийству Слинктона и раскрытию темных мотивов и обмана

Ключевые идеи

  • Наблюдение за романтическими историями в реальной жизни
  • Чтение лица и поведения как способ понимания характера
  • Ошибки в оценке друзей из-за их близости и самовыражения
  • Стеклянная перегородка как символ наблюдения и предвзятости.
  • Мистер Слинктон как пример внешней вежливости и внутренней глубины.
  • Потери и эмпатия как катализатор личного роста наблюдателя.
  • Скептицизм людей к страхованию жизни и необходимость убеждения
  • Практическая процедура оформления страхового полиса
  • Тесная связь между мистером Слинктона и его племянницей, основанная на общих воспоминаниях и горестях.
  • Мистический образ «тени» Мисс Найнер, представляющий собой бывшего директора Ост‑Индской компании, который постоянно следует за ней.
  • Ловушка и обман как средство мести
  • Преступный заговор и его раскрытие

Вывод

Книга показывает, как прошлое и личные потери влияют на поведение, как важны невербальные сигналы и как справедливость может прийти через неожиданные события

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся психологией поведения
  • Профессионалы в страховании
  • Любители криминальных историй
  • Те, кто ищет моральные уроки

Главные темы

  • Наблюдение и чтение лица
  • Личные потери и горе
  • Страхование жизни
  • Мораль и справедливость
  • Трагический конфликт

Персонажи

  • Мистер Юлиус Слинктон — Человек в трауре, вежливый, но скрытный, слегка прихрамывающий. Он обеспокоен тем, что его друг не застраховал жизнь, и просит помощи в оформлении полиса. Он заботится о племяннице и обсуждает её «тень», а также раскрывает свои потери и планы стать священником.
  • Мистер Беквит — Беквит, поначалу кажется безумным пьяницей, но на самом деле он устроил ловушку для Слинктона. Он заполняет форму страхования жизни, хотя изначально не был уверен в необходимости.
  • Мистер Самсон — Наблюдатель, бывший директор страховой компании, теперь живет в покое и помогает оформлять страхование. Скептически относится к незнакомцам, но открывается к новым впечатлениям после встречи с Слинктоном. Он проявляет терпение и профессионализм, а также признает свои ошибки в оценке характера людей.
  • Мистер Мелтем — Мелтем, высокий седой человек, слегка прихрамывающий, бывший энергичный сотрудник, внезапно ушёл из работы. Он помогал в ловушке для Слинктона и стал ключевой фигурой в расследовании.
  • Мисс Найнер — Мисс Найнер, бледная и слабая девушка, племянница Слинктона, постоянно ощущает, что за ней следует «тень» — пожилой джентльмен.
  • Майор Бэнкс — Майор Бэнкс, старый, хворый человек, временно живёт в Скарборо и постоянно следует за Мисс Найнер.
  • Мистер Адамс — Мистер Адамс, сотрудник, проверяет заявления и передаёт их Сэмсону, а также предоставляет бланки Слинктону.

Цитаты

  • Ничто так правильно не отражает души человека, как его лицо в сочетании с манерой держать себя.
  • Ошибка моя была в том, что я позволял этим людям сближаться со мной и самим говорить о себе.
  • Черноволосый, весьма изысканно одетый, весь в черном — он был в трауре, — а его вежливо протянутую руку облегала черная лайковая перчатка.
  • Он попросил несколько наших печатных бланков, и клерк, вручая ему бланки, стал давать объяснения.
  • Люди вообще неохотно делают то, что нужно, но особенно неохотно они страхуют свою жизнь.
  • Это длилось всего мгновенье.
  • Мистер Слинктон представил мне её как свою племянницу, мисс Найнер.
  • Кресло на колесах сделало еще одну большую петлю по сырому песку и теперь снова возвращалось к нам.
  • Вари жженку, Юлий Цезарь!
  • Я нанял эту квартиру, чтобы превратить ее в западню для тебя.

Сводка по автору из Wikidata

1812–1870. Charles Dickens. британский писатель, стенограф, репортёр, романист и эссеист (1812—1870)

Читать онлайн

Страница 1 из 8

Чарльз Диккенс ПОЙМАН С ПОЛИЧНЫМ

I

Почти всем нам доводилось наблюдать романтические истории, происходившие в действительности. В качестве директора Конторы страхования жизни мне за последние тридцать лет пришлось, вероятно, чаще других людей наблюдать романтические истории, хотя на первый взгляд моя профессия, казалось бы, и не благоприятствует этому.

Теперь я удалился от дел, живу на покое и поэтому располагаю возможностью, которой был раньше лишен, обдумывать на досуге свои наблюдения. Должен заметить, что мое прошлое теперь кажется мне более интересным, чем в те времена, когда оно было для меня настоящим. Ведь я, можно сказать, вернулся домой после спектакля, и теперь, когда занавес опустился, могу спокойно вспоминать все эпизоды драмы, — мне не мешают яркий свет, толкотня и суета театра.

Позвольте мне рассказать одну такую романтическую историю из действительной жизни.

Ничто так правильно не отражает души человека, как его лицо в сочетании с манерой держать себя. Чтение той книги, где на каждой странице, волею предвечной мудрости, запечатлены неповторимые черты характера того или иного мужчины или женщины, — трудное искусство, и его не очень усердно изучают. Пожалуй, оно требует некоторых врожденных способностей и, несомненно, требует (как и все на свете) кое-какого терпения и прилежания. Но можно утверждать с почти полной уверенностью, что мало кто изучает его терпеливо и прилежно: большинство полагает, будто все великое разнообразие человеческих характеров отражается в нескольких самых обычных выражениях лица, и не только не замечает, но и не ищет тех трудноуловимых отличительных черт, которые важнее всего, гак что, если вы, например, с большой затратой времени и внимания учитесь чтению нот или греческих, латинских, французских, итальянских, древнееврейских книг, то вы даже не пытаетесь что-нибудь прочесть на лице учителя или учительницы, которые обучают вас этому, заглядывая через ваше плечо в тетрадь или книгу. Быть может, это объясняется известной самоуверенностью: вы считаете, что вам ни к чему изучать выражения человеческих лиц, ибо вы их достаточно хорошо знаете от природы, а следовательно, не ошибетесь.

Я, со своей стороны, признаюсь, что ошибался бесчисленное множество раз. Я ошибался в знакомых и (само собой разумеется) ошибался в друзьях, — гораздо чаще в друзьях, чем в других людях. Как же получилось, что я мог так обманываться? Разве я совсем неправильно читал в их лицах?

Нет. Верьте мне, мое первое впечатление от этих людей, внушенное мне их лицами и манерой держать себя, неизменно оказывалось правильным. Ошибка моя была в том, что я позволял этим людям сближаться со мной и самим говорить о себе.

II

Перегородка, отделявшая мой личный кабинет от нашей конторы в Сити, была из толстого зеркального стекла. Через нее я мог видеть все, что происходило в конторе, но не слышал ни единого слова. Этой перегородкой я распорядился заменить стену, стоявшую здесь много лет — с тех пор, как построили дом. Не важно, потому ли я сделал эту замену, что хотел получать первое впечатление о приходивших к нам по делу незнакомцах, только глядя на их лица, но отнюдь не позволяя этим людям влиять на меня своими речами, или еще почему-нибудь; достаточно сказать, что я пользовался стеклянной перегородкой для этой именно цели и что любая контора страхования жизни всегда находится под угрозой мошенничества со стороны самых ловких и жестоких негодяев. Через эту-то стеклянную перегородку я впервые и увидел человека, историю которого хочу рассказать.

Я не видел, как он вошел, видел только, что, положив на широкий прилавок шляпу и зонт, он перегнулся через этот прилавок, чтобы взять какие-то бумаги у клерка. Посетитель был человек лет сорока, черноволосый, весьма изысканно одетый, весь в черном — он был в трауре, — а его вежливо протянутую руку облегала черная лайковая перчатка. Волосы его, тщательно причесанные и напомаженные, были разделены прямым пробором, и незнакомец, наклонившись, обратил этот пробор к клерку с таким видом (казалось мне), словно хотел сказать: «Будьте добры, друг мой, принимайте меня за того, кем я хочу казаться. Следуйте прямо сюда, по песчаной дорожке; по траве не ходите — вторжений я не терплю».

Как только я увидел этого человека, я почувствовал к нему сильнейшую антипатию.

Он попросил несколько наших печатных бланков, и клерк, вручая ему бланки, стал давать объяснения. Признательная и любезная улыбка сияла на лице посетителя, а глаза его весело смотрели в глаза клерка. (Я слышал, сколько чепухи говорят о том, что скверные люди будто бы не могут прямо смотреть в лицо собеседнику. Не верьте этому предвзятому мнению. Нечестный человек всегда способен выдержать взгляд честного, если только этим можно что-нибудь выиграть.)

Я заметил, что он уголком глаза увидел, как я смотрю на него. Он сейчас же обратил свой пробор к стеклянной перегородке, как бы говоря мне с милой улыбкой: «Прямо сюда, будьте добры. Сойдите с травы!»

Немного погодя он надел шляпу, взял зонт и ушел.

Я вызвал клерка к себе в кабинет и спросил:

— Кто это приходил?

Клерк держал в руках визитную карточку посетителя.

— Мистер Юлиус Слинктон, проживающий в Мидл-Тэмпле[1].

— Он адвокат, мистер Адамc?

— Думаю, что нет, сэр.

— Мне показалось было, что он священник, но на карточке не написано «его преподобие», — сказал я.

— Судя по его наружности, сэр, — сказал мистер Адаме, — он готовится к посвящению в духовный сан.

Следует отметить, что посетитель носил изящный белый галстук и манишка у него была тоже очень изящная.

— Зачем он приходил, мистер Адаме?

— Только взять бланк для заявления, сэр, и бланк для поручительства.

— Ему кто-нибудь посоветовал обратиться к нам? Он сказал кто?

— Да, сэр, он объяснил, что пришел по совету одного из ваших друзей. Он видел вас, но сказал, что, не имея удовольствия быть с вами знакомым, не станет вас беспокоить.

— А он знает, как меня зовут?

— Да, сэр! Он сказал: «Я вижу, там сидит мистер Сэмсон!»

— Он, должно быть, выражается очень изысканно?

— Чрезвычайно изысканно, сэр.

— Манеры у него, должно быть, вкрадчивые?

— Совершенно верно, сэр, очень вкрадчивые.

— Так! — сказал я. — Мне пока больше ничего не нужно, мистер Адамc.

Спустя две недели я пришел на званый обед к одному своему другу, купцу, человеку со вкусом, собирателю картин и книг, и первый, кого я увидел среди гостей, был мистер Юлиус Слинктон. Он стоял перед камином, обратив к присутствующим свое честное, открытое лицо и глядя на них ласковыми большими глазами, но тем не менее (казалось мне) требуя, чтобы все подходили к нему по расчищенной и указанной им дорожке — никак не иначе.

Я услышал, как он попросил моего друга представить его мистеру Сэмсону, и мой друг познакомил нас. Мистер Слинктон был очень счастлив встретиться со мной. Не чрезмерно счастлив — он не перебарщивал; он был счастлив, как прекрасно воспитанный, вполне светский человек.

— Я думал, что вы уже знакомы, — заметил наш хозяин.

Страница 1 из 8

Назад128Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее