Загрузка...
Питер — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
ПитерТеодор Драйзербиографияамериканская журналистикасент-луиспутешествияискусствофилософияжизньпутешествие

Описание

Книга представляет собой биографический очерк о Питере, свободном духе и любителе жизни, чья яркая личность, чувство юмора и увлечения искусством и культурой оставили глубокий след в памяти друзей и коллег. В повествовании описывается его встреча с автором в 1892 году, работа в газете «Глоб‑Демократ», дружеские отношения с коллегами, переезд на Восток, семейная жизнь и смерть в 1908 году.

Главный конфликт / проблема

Переход от свободного и эксцентричного образа жизни к семейным обязанностям и сохранение индивидуальности в обществе

Ключевые идеи

  • Питер – человек внутренней свободы и яркого юмора.
  • Его интересы охватывают искусство, историю, культуру и коллекционирование.
  • Дружба и общение с коллегами и друзьями играют ключевую роль в его жизни.

Вывод

Питер оставил глубокий след своей свободой, юмором и глубоким пониманием человеческой природы, вдохновляя друзей и читателей на ценность внутренней свободы и дружбы.

Кому полезна

  • Любители биографий
  • Историки
  • Люди, ценящие свободу и юмор

Главные темы

  • Свобода и юмор
  • Культурное любопытство
  • Семейные отношения

Персонажи

  • Питер — Невысокий, плотный, с густой бородой, любящий табак и юмор. Он свободен в мыслях, ценит природу и людей, увлечён искусством, историей и коллекционированием. В 1892 году встречает автора в Сент‑Луисе, становится его другом, позже женится и живёт на Востоке, где продолжает работать в газетах. Смерть в 1908 г. оставила глубокий след.
  • Дик В. — Худой, с черными волосами, часто участвует в шутках Питера. Он иллюстратор, коллега автора, вместе с Питером обсуждает искусство и жизнь.
  • К. — Энергичный и предприимчивый человек, часто участвует в шутках Питера. Он художник, вместе с Питером и Диком В. проводит время, обсуждая искусство и жизнь.

Цитаты

  • Питер понимал жизнь во всей её пестроте и многообразии, ничего не презирал и не стремился что‑либо исправить или изменить.
  • Он был человеком, который любил жизнь во всех её проявлениях, умел веселиться сам и развеселить других, но он никогда не закрывал глаза на страдания и заблуждения людей.

Сводка по автору из Wikidata

1871–1945. Theodore Dreiser. американский писатель и общественный деятель (1871—1945)

Читать онлайн

Страница 14 из 14

И вот остались его антикварные коллекции, ковер, гравюра, фарфоровые тарелки, множество замыслов, книга, которая должна была скоро выйти. Я смотрел на все и дивился. Смотрел на жену и детей Питера и не мог вымолвить ни слова. И как всегда перед лицом подобного несчастья, меня одолевали мысли о грубом, своенравном случае, разрушающем наши мечты, о природе, равнодушной ко всему человеческому, — ей нет до нас дела! Если хочешь преуспеть — рассчитывай только на свои силы.

Ночь я провел в комнате рядом с той, где лежал умерший; там бледным светом горела свеча, и мне все казалось, что мимо меня взад и вперед, к спальне жены и обратно, ходит Питер, охваченный скорбным раздумьем. Мне чудилось, что тень эта безмерно страдает. Один раз он, казалось, подошел и коснулся рукой моего лица. Вот он входит в комнату к жене и детям, но его никто уже не видит, не слышит, не понимает... Я поднялся и долго смотрел на останки друга, потом снова лег.

Затем начались дни, полные хлопот. Приехали с Запада мать и сестра Питера, мать и брат его жены. Мне пришлось заняться всеми его делами: страховым полисом, который он оставил, художественными коллекциями, хлопотать о том, чтобы его похоронили на «освященной земле» филадельфийского кладбища, а для этого необходимо было согласие и помощь тамошнего католического священника; без этого согласия тело не могло быть предано земле.

Мать Питера желала похоронить его, как католика, но он никогда не был верным сыном церкви, и возникли осложнения. Приходский викарий отказал мне, отказал и священник. Тогда я пригрозил святому отцу, что буду жаловаться епархиальному епископу, — я взывал к здравому смыслу, говорил об уважении к чувствам католической семьи, если уж нельзя отнестись по-христиански к убитой горем матери и вдове, — и священник в конце концов согласился. И ни на минуту меня не оставляло ощущение, что кто-то совершил чудовищное преступление, подлое убийство. Я не мог отделаться от этого чувства, и оно вызывало у меня не скорбь, а гнев.

Лет через семь я однажды навестил семью Питера а Филадельфии. Вдова его жила со своими родителями в одном из переулков фабричного района, где прошло ее детство; она теперь служила секретарем и стенографисткой у какого-то архитектора. Она мало изменилась, разве что слегка пополнела, но в ней уже не было прежней безмятежности, лицо стало покорным и озабоченным. Сынишка Питера, его любимец, уже не помнил отца, девочка, конечно, и не могла его помнить. В доме сохранилось несколько его гравюр, два-три китайских блюда, которые он сам обжигал, ткацкий станок с неоконченным ковром. Я остался обедать, на меня нахлынули воспоминания, но тягостно было на душе, и я скоро ушел. Вдова Питера проводила меня до дверей и долго смотрела мне вслед, как будто со мной уходило и то последнее, что осталось от ее прежней жизни.

Страница 14 из 14

Назад11314Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее