Загрузка...
Мальчик Мотл — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Мальчик Мотл

Автор Шолом-Алейхем
0+265 читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
еврейская литературасемьямиграцияАмерикадетствонеполнотаповестьпереездсобытиятрадиции

Описание

Мальчик Мотл, сиротский юноша, живёт в маленьком еврейском поселении, где сталкивается с болезнью и смертью отца, семейными трудностями, попытками заработать, эмиграцией в Америку и трудностями адаптации в новой стране. Книга описывает его рост от ребёнка к взрослому, его поиски смысла, поддержки и независимости, а также показывает сложные взаимоотношения в семье и сообществе, а также испытания, которые переживают еврейские эмигранты в поисках лучшей жизни.

Главный конфликт / проблема

Семейные трудности, потеря отца и необходимость самостоятельно обеспечивать себя и семью, а также сложный путь эмиграции и адаптации в новой стране.

Ключевые идеи

  • Семейные трудности и продажа имущества как реакция на болезнь отца.
  • Мотл ищет утешение в музыке и новых отношениях, переходя к самостоятельности после смерти отца.
  • Понимание рая как личного и символического места.
  • Влияние семейных и общественных ожиданий на формирование личности.
  • Роль традиций и суеверий в повседневной жизни.
  • Книга обещает быстрый доход, но её применение приводит к хаосу и конфликтам.
  • Братья пытаются реализовать рецепты, но сталкиваются с юридическими и социальными проблемами.
  • Семейные связи и характеры персонажей
  • Стремление к переменам и путешествию
  • Юмор и ирония в конфликтных ситуациях
  • Культурные и языковые различия между еврейскими общинами.
  • Проблемы с недобросовестными торговцами и потеря имущества.

Вывод

Книга приводит к выводу, что личный рост и независимость достигаются через преодоление семейных и внешних препятствий, а также через поиск новых возможностей и поддержки в сообществе.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся историей еврейской эмиграции
  • Писатели и исследователи, изучающие процессы взросления и адаптации
  • Те, кто ищет вдохновение в истории о преодолении трудностей

Главные темы

  • Переход от детства к взрослой жизни
  • Семейные трудности и потеря
  • Эмиграция и адаптация в новой стране
  • Проблемы и возможности предпринимательства

Персонажи

  • Мотл — Молодой сын кантора Пейси, переживает семейные беды: отец болен, мать продает имущество, Мотл ищет утешения в музыке и новых отношениях. После смерти отца становится сиротой, учится читать кадеш и самостоятельно заботиться о себе.
  • Эля — Старший брат Мотла, борец, помогает семье продавать вещи, чинит часы Шнеера, скептически относится к немецкому языку и планам группы. Часто спорит с Пиней, но заботится о семье и участвует в обсуждении маршрута.
  • Пиня — Высокий, худой, с длинным носом, талантливый, не желает работать в мельнице, пишет рифмы и книги, быстро учит немецкий, пытается обойти бюрократию, оптимист, помогает группе, часто выражает недовольство.
  • Броха — Сестра Мотла, сопровождает его в путешествии, не любит немецких еврейских торговцев, часто конфликтует с другими, критична к Лондону, но поддерживает группу в трудных моментах.
  • Мать — Трудится, продаёт имущество, пытается спасти больного отца, ведёт семейные разговоры, часто плачет, переживает за судьбу семьи и других иммигрантов.
  • Тайбл — Дочь мельника, немного косит на один глаз, пытается уладить конфликты, сохраняет спокойствие, помогает Пиню в Лондоне, участвует в обсуждениях.
  • Пейси — Больной отец Мотла, не может молиться, требует помощи, его болезнь приводит к семейным трудностям.
  • Герш-Бер — Учитель Мотла, помогает ему развивать голос, поддерживает в музыкальном обучении.
  • Доктор Менаше — Странный доктор с необычным ртом, делает собственные лекарства, советует матери ограничить питание сына.
  • Менашиха — Жёсткая жена врача, варит много варенья, имеет сад, известна своим изобилием.
  • Иойна — Брат Эля, владеет пекарней, имеет финансовые проблемы, влияет на семейный статус.
  • Старик Лурье — Богатый, но больной, требует присмотра, играет роль в жизни семьи.

Цитаты

  • Отец болен. Он не молится у амвона уже с самого праздника «симхес-тойре».
  • Мне хорошо — я сирота!
  • Нечего пугаться. Пустяки. Сорванец простудил легкие.
  • Горе мне! Горе мне! До чего я дожила!
  • «За один рубль — сто рублей! Сто рублей в месяц и больше может заработать всякий, кто ознакомится с содержанием нашей книги, стоящей всего один рубль с пересылкой."
  • «Квас — это такой напиток, который и стоит дешево и расходится хорошо. Особенно в такое жаркое лето, как нынче."
  • Пиня: "Считай: я и моя Тайбл — два, ты и твоя Броха — два. Значит, четыре."
  • Пиня: "Дело тут, наверное, в самих часах, а не в его дяде, Шнеере."
  • «Мы говорим «вос», а они — «вас», … мы говорим «дос», а они — «дас»».
  • «Пиня каждый раз придумывает новый план. Он подаст «заявление» железной дороге, обратится с «прошением» к начальнику границы…»

Сводка по автору из Wikidata

1859–1916. שלום עליכם. еврейский писатель

Читать онлайн

Страница 2 из 78

— Будь это «Мишнаэс»,[5] полное собрание, я бы, пожалуй, купил…

Мать побелела как полотно, а брат Эля, наоборот, покраснел как рак. Он набросился на книгоношу:

— Что ж вы не могли сразу сказать, что покупаете только «Мишнаэс»! Чего же вы пришли голову морочить и время отнимать?

— Пожалуйста, тише! — упрашивает его мать.

А из соседней комнаты, где лежит отец, уже слышен хриплый голос:

— Кто там?

— Никого нет! — отвечает мать и отсылает брата Элю к больному, а сама тем временем торгуется с книгоношей, продает ему книги, видно, очень дешево, потому что, когда Эля возвращается из отцовской комнаты и спрашивает: «Сколько?» — она его отстраняет и говорит: «Не твое дело!»

А Михл хватает книги, наскоро сует их в мешок и поспешно исчезает.

3

Из всех вещей, распроданных нами, ни одна мне не доставила столько удовольствия, сколько застекленный шкаф.

Правда, когда пришлось отпарывать серебряную кайму от отцовского талеса, мне тоже не было скучно. Прежде всего — торг с ювелиром Иоселем, изможденным человеком с красным пятном на лице! Три раза он уходил и, конечно, поставил на своем. Затем он, заложив ногу за ногу, уселся к окошку, взял отцовский талес, достал маленький ножик с желтым черенком из оленьей кости, согнул средний палец и стал отпарывать кайму так искусно, что, умей я так отпарывать каймы, я, кажется, был бы самым счастливым человеком на свете. И все же, посмотрели бы вы, как моя мать тогда расплакалась! Даже мой брат Эля, уже взрослый парень, жених, и тот вдруг отвернулся лицом к двери, сделал вид, что сморкается, скривил лицо. И, издав горлом какой-то странный звук, вытер полою глаза.

— Что там? — спрашивает отец из своей комнаты.

— Ничего! — отвечает мать, вытирая красные глаза, а нижняя губа и вся половина лица у нее так трясутся, что, право же, нужно быть крепче железа, чтобы не рассмеяться.

Но куда веселее было, когда дело дошло до шкафа.

Во-первых, как его заберут? Мне всегда казалось, что наш шкаф прирос к стене, — как же его возьмут? Во-вторых, куда мать будет запирать хлеб, халу, тарелки, оловянные ложки и вилки (у нас были две серебряные ложки и одна серебряная вилка, но мать их уже давно продала), и где мы будем держать мацу на пасху?

Все эти мысли приходили мне на ум, когда столяр Нахмен стоял у шкафа и измерял его огромным красным ногтем большого пальца измазанной руки. Он все время уверял, что шкаф не пройдет в дверь. Смотрите сами: вот вам ширина шкафа, а вот вам дверь — никак не вынести!

— Как же он попал в дом? — спрашивает мой брат Эля.

— А ты его спроси! — сердито отвечает Нахмен. — Почем я знаю, как он попал в дом? Внесли его, он и попал!..

Была минута, когда я очень боялся за наш шкаф. То есть я думал, что он останется у нас. Однако вскоре столяр Нахмен пришел с двумя сыновьями — тоже столярами, и подхватили наш шкаф, как черт меламеда.

Впереди шел Нахмен, за ним оба сына, а позади — я. Отец командовал: «Копл, в сторону! Мендл, вправо! Копл, не торопись! Мендл, держи!..» Я помогал. Мать и брат Эля не хотели помогать. Они стояли, смотрели на пустую стену, покрытую паутиной, и плакали… Удивительные люди: только и делают что плачут!.. Вдруг — тррах! У самой двери в шкафу треснуло стекло. Столяр и его сыновья стали ругаться, сваливать один на другого вину.

— Повернулся! Оловянная птичка!

— Косолапый медведь!

— Черт его побери!

— Провались ты ко всем чертям!..

— Что там? — слышится хриплый голос из наты больного.

— Ничего! — отвечает мать и вытирает глаза.

4

Самая большая радость была у меня, когда дело дошло до кушетки брата Эли и до моей кроватки. Кушетка брата раньше была диваном, на котором сидели. Но с тех пор как брат Эля стал женихом и начал спать на диване, а я на его кровати, диван превратился в кушетку.

Раньше, в добрые времена, когда отец был здоров и вместе с четырьмя певчими распевал молитвы в синагоге, в диване были пружины. Теперь пружины мои. Я проделывал с ними всякие фокусы: покалечил руки, чуть не выколол себе глаза, а однажды надел на шею и едва не задохся. Кончилось это тем, что брат Эля отдубасил меня, забросил пружины на чердак и убрал лестницу.

Кушетку и кровать купила Хана. До того как она купила эти вещи, мать не позволяла чересчур тщательно разглядывать их.

— Вот, что видите, можете купить, а смотреть там чего!

Но когда Хана уже сторговалась и дала задаток, она подошла к кушетке и к кровати, приподняла постель, осторожно заглянула во все потайные места и стала неистово отплевываться… Мать рассердилась и даже хотела вернуть задаток, но вмешался брат Эля:

— Купили — пропало!

Постелив себе на полу, мы оба — я и мой брат Эля — растянулись, как графы, накрылись одним одеялом (его одеяло продали), и мне было очень приятно услышать от моего старшего брата, что спать на полу вовсе не так плохо.

Я дождался, пока он прочел молитву на сон грядущий и заснул. Тогда я стал кататься по всему полу. Места теперь, слава богу, вдоволь. Раздолье! Простор! Рай земной!

Страница 2 из 78

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее