Загрузка...
Волны — обложка книги
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Темы
модернизмпоток сознанияинтерьерпсихологияреальностьсновиденияпотоквнутренний монологпоток временипоток мыслей

Описание

Волны – экспериментальный роман Вулф, в котором внутренние монологи шести персонажей, их восприятие мира через метафору волн, переход от детства к взрослой жизни и экзистенциальный кризис старения, объединены в единый поток сознания.

Главный конфликт / проблема

Как внутренние волны памяти и переживаний влияют на формирование идентичности и как человек справляется с экзистенциальным кризисом старения и потерей близких.

Ключевые идеи

  • Внутренний поток сознания как волны
  • Экспериментальная структура без традиционного сюжета
  • Полифония множественных голосов и ассоциативных образов
  • Страх темноты и бессонных ночей
  • Желание долгих светлых дней и свободы
  • Переход от школьной жизни к взрослой
  • Коллективное единство и поддержка в разлуке
  • Любовь как глубокое, не романтическое чувство
  • Влияние памяти и старения на восприятие настоящего
  • Город как метафора внутреннего мира
  • Слияние сна и реальности
  • Ностальгия и осознание старения

Вывод

Книга приводит к выводу, что идентичность – это постоянно меняющийся поток, отражающий как свет, так и тьму, и что, несмотря на неизбежность потери и одиночества, память и внутренний мир продолжают формировать наш опыт и восприятие жизни.

Кому полезна

  • Любители модернистской прозы
  • Читатели, интересующиеся психологией и философией идентичности
  • Литературные критики и студенты литературоведения

Главные темы

  • Метафора волн как символ перемен и непрерывности жизни
  • Переход от детства к взрослой жизни и поиск идентичности
  • Экзистенциальный кризис старения и потеря близких

Персонажи

  • Бернард — Внутренний мир Бернарда насыщен образами волн, света и звуков, он часто сравнивает свои ощущения с кольцами и петлями света. Он описывает события, подчеркивая изменения и чувство единства. Стареющий человек, возвращающийся к старым друзьям, размышляет о своей жизни, достижениях и потере времени, и переживает экзистенциальный кризис во время ужина.
  • Джинни — Джинни описывает мир через детали природы, такие как «птицы, которые поют» и «песок, который блестит». Боязлива к темноте, ищет светлые дни, боится привязываться, переживает о будущем, обсуждая свои чувства и дружбу с Бернардом.
  • Рода — Рода описывает мир через детали природы, такие как «птицы, которые поют» и «песок, который блестит». Размышляет о будущем, переживает о том, как долго ждать Бернард, с которым он размышляет о жизни.
  • Сьюзен — Сьюзен воспринимает мир через яркие цвета и звуки, часто описывает их как «желтый жидкий мазок» и «птицы, которые поют». Обсуждает прощание и будущее, переживает о будущем, обсуждая свои достижения и чувства с Бернардом.
  • Луис — Луис воспринимает мир через звуки и запахи, часто описывая их как «птицы, которые поют» и «песок, который блестит». Обсуждает прощание и будущее, переживает о будущем, делясь мыслями о времени и дружбе с Бернардом.
  • Невил — Обсуждает прощание и будущее, переживает о будущем, делясь мыслями о жизни и дружбе с Бернардом. Воспринимает мир через звуки и запахи, часто описывая их как «птицы, которые поют» и «песок, который блестит».
  • Персивал — Смертельный персонаж, чья смерть оставила глубокий след в памяти героини.
  • Нарратор (я) — Женщина, живущая в Лондоне, переживает старение, размышляет о прошлом и настоящем, ведёт домашние дела и наблюдает за городом.
  • Мисс Мэтьюз — Влияет на мысли персонажей о будущем.
  • Мисс Ламберт — Влияет на мысли персонажей о будущем.
  • Муж — Незаметный персонаж, присутствующий в доме, символизирует семейную стабильность.

Цитаты

  • "Солнце еще не встало. Море было не отличить от неба, только море лежало все в легких складках, как мятый холст."
  • "Я вижу кольцо, - Бернард говорил. - Оно висит надо мной."
  • Ненавижу темноту, и сон ненавижу, и ночь,
  • Вот я пойду в ванную, и сниму туфли, и умоюсь; и пока я умываюсь, пока наклоняю голову над раковиной, покрывало русской царицы течет у меня по плечам.
  • Мы сошлись именно здесь, в это именно время.
  • Мы изменились, нас не узнать.
  • «Вечером я сижу в кресле, тянусь рукой к своему шитью; и слышу, как храпит мой муж; и вскидываю глаза на свет фар, слепя прокатывающий по окну, и чувствую: волны жизни опадают и рушатся вокруг меня, а я пустила корни»
  • «О ветр осенний, ты не в ладах с моим столом красного дерева, и с устрицами, и - увы, увы, - с пошлостью моей любовницы, актрисульки, которая так и не выучилась как человек говорить по-английски…»
  • "Хэмптон-Корт, Хэмптон-Корт - как гонг вызванивает в пространстве, которое я расчищал так старательно"
  • "Мы сидим рядышком, - Невил говорил, - за этим узким столом, и еще не притупилось первое чувство"

Сводка по автору из Wikidata

1882–1941. Virginia Woolf. британская писательница

Читать онлайн

Страница 1 из 59

Вулф Вирджиния Волны

Вирджиния Вулф

Волны

Роман

Перевод с английского Е. Суриц

От редакции

"Волны" (1931) - по художественному построению самый необычный роман английской писательницы Вирджинии Вулф, имя которой хорошо известно читателям "ИЛ". На протяжении своей творческой жизни Вулф стремилась к радикальному обновлению традиционных моделей повествования, считая, что ушло время "романа среды и характеров" с типичными для него социально-психологическими конфликтами, тщательно выписанным фоном действия и неспешным развертыванием интриги. Новая "точка зрения" в литературе - в ее обоснование написаны самые важные эссе Вулф - означала стремление и умение передать жизнь души в ее спонтанности и спутанности, вместе с тем достигая внутренней целостности как персонажей, так и всей картины мира, который запечатлен "без ретуши", а таким, как его видят и осознают герои.

В романе "Волны" их шесть, жизнь их прослежена с детских лет, когда все они были соседями по дому, стоявшему на морском берегу, и до старости. Однако эта реконструкция произведена исключительно через внутренние монологи каждого из персонажей, а монологи сближены ассоциативными связями, повторяющимися метафорами, отзвуками часто одних и тех же, но всякий раз по-своему воспринятых событий. Возникает сквозное внутреннее действие, и перед читателем проходят шесть человеческих судеб, причем возникает оно не за счет внешней достоверности, а посредством полифонического построения, когда важнейшей целью оказывается не столько изображение реальности, сколько воссоздание разнородных, прихотливых, часто непредсказуемых реакций на происходящее каждого из действующих лиц. Подобно волнам, эти реакции сталкиваются, перетекают - чаще всего едва заметно - одна в другую, а движение времени обозначено страницами или абзацами, выделенными курсивом: ими намечена и атмосфера, в которой развертывается драматический сюжет.

Давно ставший одним из канонических текстов европейского модернизма, роман Вулф по сей день провоцирует споры о том, является ли творчески перспективным художественное решение, предложенное писательницей. Однако значительность эксперимента, осуществленного в этой книге, которая послужила школой мастерства для нескольких писательских поколений, безоговорочно признана историей литературы.

Ниже мы публикуем отрывки из дневников В. Вульф периода создания романа "Волны".

Первое упоминание о "Волнах" - 14.03.1927.

В. В. кончила "На маяк" и пишет о том, что чувствует "потребность в эскападе" (которую она вскоре утолила с помощью "Орландо") перед тем, как приступить к "очень серьезному, мистическому, поэтическому произведению".

18.05 того же года она уже пишет о "Бабочках" - так она сначала предполагала назвать свой роман:

"...поэтическая идея; идея некоего постоянного потока; не только человеческая мысль течет, но все течет - ночь, корабль, и все сплывается воедино, и поток разрастается, когда налетают яркие бабочки. Мужчина и женщина разговаривают за столом. Или они молчат? Это будет история любви".

Мысли о "Волнах" ("Бабочках") не отпускают ее, что бы она ни писала. То и дело отдельные упоминания мелькают в дневнике.

28.11.1928 записано:

"...я хочу пропитать, насытить каждый атом. То есть изгнать всю тщету, мертвость, все лишнее. Показать мгновенье во всей полноте, чем бы оно ни заполнялось. Тщета и мертвость происходят от этой жуткой реалистической повествовательности: последовательного изложения событий от обеда до ужина. Это фальшь, условность. Зачем допускать в литературу все, что не есть поэзия? Не за то ли я досадую на романистов, что они не затрудняют себя отбором? Поэты - те обыкновенно отбирают так, что не оставляют почти ничего. Я хочу все вместить; но пропитать, насытить. Вот что я хочу сделать в "Бабочках".

Запись 9.04.1930:

"Я хочу несколькими чертами передать суть каждого характера... Та свобода, с какой писались "На маяк" или "Орландо", здесь невозможна из-за немыслимой сложности формы. Кажется, это будет новый этап, новый шаг. По-моему, я стойко держусь первоначального замысла".

Запись 23.04.1930:

"Это очень важный день в истории "Волн". Я, кажется, подвела Бернарда к тому углу, за которым начнется последний отрезок пути. Он пойдет теперь прямо, прямо и остановится у двери: и в последний раз будет картина волн".

Но сколько раз еще она переписывала, дописывала, исправляла!

Запись 4.02.1931:

"Еще несколько минут и я, слава Небесам, смогу написать - я кончила "Волны"! Пятнадцать минут назад я написала - о, Смерть!.."

Разумеется, и на этом работа не кончилась...

Было еще много переписыванья, исправлений...

Запись 19.07.1931:

"Это шедевр, - сказал Л. (Леонард), входя ко мне. - И лучшая из твоих книг". Но кроме того он сказал, что первые сто страниц очень трудны и неизвестно, будут ли они по зубам среднему читателю".

ВОЛНЫ

Солнце еще не встало. Море было не отличить от неба, только море лежало все в легких складках, как мятый холст. Но вот небо побледнело, темной чертой прорезался горизонт, отрезал небо от моря, серый холст покрылся густыми мазками, штрихами, и они побежали, вскачь, взапуски, внахлест, взахлеб.

У самого берега штрихи дыбились, взбухали, разбивались и белым кружевом укрывали песок. Волна подождет-подождет, и снова она отпрянет, вздохнув, как спящий, не замечающий ни вдохов своих, ни выдохов. Темная полоса на горизонте постепенно яснела, будто выпадал осадок в старой бутылке вина, оставляя зеленым стекло. Потом прояснело все небо, будто тот белый осадок наконец опустился на дно, или, может быть, это кто-то поднял лампу, спрятавшись за горизонтом, и пустил над ним веером плоские полосы, белые, желтые и зеленые. Потом лампу подняли выше, и воздух стал рыхлым, из зеленого выпростались красные, желтые перья, и замерцали, вспыхивая, как клубы дыма над костром. Но вот огненные перья слились в одно сплошное марево, одно белое каление, кипень, и он сдвинул, поднял тяжелое, шерстисто-серое небо и обратил миллионами атомов легчайшей сини. Понемногу стало прозрачным и море, оно лежало, зыбилось, посверкивало, подрагивало, пока не стряхнуло все почти полосы темноты. А державшая лампу рука поднималась все выше, все выше, и вот уже стало видно широкое пламя; над горизонтом занялась огненная дуга, и вспыхнуло золотом все море вокруг.

Свет охлестнул деревья в саду, вот один листок стал прозрачным, другой, третий. Где-то в вышине чирикнула птица; и все стихло; потом, пониже, пискнула другая. Солнце сделало резче стены дома, веерным краем легло на белую штору, и под лист у окошка спальни оно бросило синюю тень - как отпечаток чернильного пальца. Штора легонько колыхалась, но внутри, за нею, все было еще неопределенно и смутно. Снаружи без роздыха пели птицы.

- Я вижу кольцо, - Бернард говорил. - Оно висит надо мной. Дрожит и висит такой петлей света.

- Я вижу, - Сьюзен говорила, - как желтый жидкий мазок растекается, растекается, и он убегает вдаль, пока не наткнется на красную полосу.

- Я слышу, - Рода говорила, - звук: чик-чирик; чик-чирик; вверх-вниз.

- Я вижу шар, - Невил говорил, - он каплей повис на огромном боку горы.

Страница 1 из 59

Назад1259Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее