Удобнее читать в приложении
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
ТемыТургеневроманырусская литературасоциальная критикапсихологияисторияфилософияобразование
Описание
Книга исследует философию и метод творчества Тургенева, его совет молодому писателю, анализ персонажей и их роль в создании гармоничной картины, подчёркивая баланс наблюдения и интерпретации.
Главный конфликт / проблема
Как достичь точного выражения мысли без навязанных идеалов и при этом сохранять баланс между наблюдением и интерпретацией.
Ключевые идеи
- Тургенев сочетает наблюдение и интерпретацию, создавая сцены, насыщенные как фактами, так и эмоциями.
- Точное выражение мысли рождается из подсознания, а не ищется в сознании.
- Персонажи Тургена не выделяются ярко, а интегрируются в общую симметричную картину.
- Тургенев стремится к искренности и универсальности, избегая навязанных идеалов.
Вывод
Тургенев доказывает, что истинная художественная сила исходит из глубины подсознания и наблюдения, а не из навязанных идеалов.
Кому полезна
- Писатели
- Литературные критики
- Студенты литературы
Главные темы
- Философия творчества Тургенева
- Совет молодому писателю
- Анализ персонажей
- Баланс наблюдения и интерпретации
Персонажи
- Тургенев — Писатель, чья двойственная принадлежность к России и Франции проявляется в стиле и внешности.
- Базаров — Символ протеста и рационализма, упоминается как пример персонажа.
- Елена — Любовная героиня, чьи чувства отражают универсальные темы.
- Харлов — Упоминается как персонаж, который не выделяется ярко.
- Потугин — Упоминается в контексте обсуждения России.
- Нежданов — Интеллигент, который совершает самоубийство.
- Виолетта — Пример того, как Тургенев описывает внутреннее преобразование.
- Марианна — Упоминается как часть общей картины.
- Фомушка и Фимушка — Символы простоты и игривости в контексте политических дебатов.
- Молодой писатель — Неудачник, ищущий точное выражение мысли.
Цитаты
- Найти точное выражение мысли — вот ваша задача!
- Печаль пройдет, а прекрасная страница останется.
Сводка по автору из Wikidata
1882–1941. Virginia Woolf. британская писательница
Читать онлайн
Страница 2 из 3Подобное равновесие двух противоположных начал встречается, конечно, крайне редко, особенно в английской литературе. И разумеется, требует жертв. Прославленные персонажи наших книг: Микоберы, Пекснифы, Бекки Шарп — не выдержали бы такого подхода, им нужны развязанные руки, чтобы теснить, подавлять и полностью затмевать соперников. У Тургенева же ни один персонаж, за исключением, может быть, Базарова и Харлова из «Степного короля Лира», не выделяется и не возвышается над остальными и не запоминается отдельно от книги, в которой действует. Рудины, Лаврецкие, Литвиновы, Елены, Лизы, Марианны незаметно переходят друг в друга и при всех мелких различиях складываются вместе в один тонкий и глубокий тип, их нельзя считать четко индивидуализированными образами. Кроме того, романисты-поэты вроде Эмили Бронте, Гарди или Мелвилла, для которых факты — это символы, бесспорно заставляют нас в «Грозовом перевале», «Возвращении на родину» и «Моби Дике» испытывать гораздо более сильные и пылкие переживания, чем Тургенев в своих романах. И однако же, книги Тургенева не только трогают своей поэтичностью, они ценны для нас еще и в другом отношении. Они словно принадлежат нашему, сегодняшнему времени, так хорошо они сохранились и не утратили совершенства формы.
Дело в том, что Тургеневу в большой мере свойственно еще одно редкое качество: чувство симметрии, равновесия. Он дает нам, по сравнению с другими романистами, более обобщенную и гармоничную картину мира — не только потому, что обладает широким кругозором (он рисует жизнь разных слоев общества: крестьян, интеллигентов, аристократов, купцов), но чувствуется, что он еще привносит в свое изображение стройность и упорядоченность. Симметрия у Тургенева, как убеждаешься, когда читаешь, например, «Дворянское гнездо», торжествует вовсе не потому, что он такой уж великолепный рассказчик. Наоборот, иные из его вещей рассказаны плохо. В них встречаются петли и отступления, «…мы должны попросить у читателя позволение прервать на время нить нашего рассказа», — вполне способен заявить он. И дальше на сорока страницах — запутанные невразумительные сведения про прадедов и прабабок, покуда мы наконец снова не очутимся с Лаврецким в городе О., «где расстались с ним и куда просим теперь благосклонного читателя вернуться вместе с нами». Хороший рассказчик, представляющий себе книгу как последовательность эпизодов, никогда бы не пошел на такой разрыв. Но для Тургенева его книги — вовсе не последовательность эпизодов, он рассматривал их как последовательность эмоций, исходящих от центрального персонажа. Какой-нибудь Базаров или Харлов, представленный вживе пусть всего лишь однажды, в углу железнодорожного вагона, сразу приобретает первостепенное значение и словно магнит притягивает к себе разные предметы, казалось бы, ничем между собой не связанные, но, как ни странно, складывающиеся в одну картину. Связаны здесь не сами предметы, а чувства, и когда, прочитав книгу, испытываешь эстетическое удовлетворение, достигается оно потому, что у Тургенева, несмотря на все слабости повествовательной техники, необыкновенно тонкий слух на эмоции, и даже когда он пользуется резким контрастом или от описания действий героев вдруг переходит к красотам лесов и небес, все равно благодаря глубокому авторскому пониманию получается правдивая, слитная картина. Он никогда не отвлекается на несущественное, на передачу ложного чувства или на лишнюю смену декораций.
Именно поэтому его романы не просто симметричны, но и по-настоящему нас волнуют. Его герои и героини относятся к тем немногим героям художественной литературы, в чью любовь мы верим. Это чистая и сильная страсть. Любовь Елены к Инсарову, ее тревога, когда он не приходит, отчаяние, которое она испытывает, укрываясь в часовне от дождя, смерть Базарова и горе его стариков родителей, — все это остается с нами, как пережитое. Но при всем том личность не выступает на первый план, одновременно происходят и разные другие события. Гудит жизнь в полях; лошадь грызет удила; кружась, порхает бабочка и садится на цветок. Мы видим, хоть и не приглядываемся, что жизнь идет своим чередом, и от этого только глубже наше сочувствие людям, составляющим всего лишь малую часть большого мира. В какой-то мере это, конечно, обусловлено еще и тем, что герои Тургенева сами глубоко сознают свою связь с миром за пределами их личности. «К чему молодость, к чему я живу, зачем у меня душа, зачем все это?» — спрашивает Елена в своем дневнике. Этот вопрос постоянно у нее на устах. Ее разговору, легкому, забавному и полному точных наблюдений, он придает дополнительную глубину. Тургенев не ограничивается, как мог бы ограничиваться в Англии, одним блестящим живописанием нравов. Его герои не только задумываются о смысле собственной жизни, но задаются вопросом и о предначертаниях России. Интеллигенты посвящают России все свои заботы; за разговорами о ее будущем они просиживают ночи над неизменным самоваром, покуда не разгорится заря. «Жуют, жуют они этот несчастный вопрос, как дети кусок гуммиластика», — говорит Потугин в «Дыме». Тургенев, телом в изгнании, душой не мог оторваться от России — он почти болезненно чувствителен, как бывает с людьми, страдающими от ощущения своей неполноценности и не находящими выхода своим страстям. Тем не менее он не воюет ни на чьей стороне, не становится выразителем чьих-то идей. Ирония его никогда не покидает; он постоянно помнит, что есть и другая сторона, противоположная. В самый разгар политических дебатов нам вдруг показывают Фомушку и Фимушку, «кругленьких, пухленьких, настоящих попугайчиков-переклиток», которые живут весело, припеваючи, невзирая на положение в стране. К тому же, напоминает нам Тургенев, понять крестьян, как ни изучай их, дело трудное. «Я не умел опроститься», — пишет интеллигентный Нежданов, перед тем как убить себя. И хотя Тургенев мог бы сказать вместе с Марианной: «…я страдаю за всех притесненных, бедных, жалких на Руси», — он считал, что в интересах дела, равно как и в интересах искусства, — воздерживаться от рассуждений и доказательств. «Нет, когда мысль высказана, не следует на ней настаивать. Пусть читатель сам обдумает и сам поймет. Поверьте мне, так будет лучше и для идей, которые вам дороги». Он насильно заставлял себя стоять в стороне, смеялся над интеллигентами, показывая несерьезность их аргументов и конечную бессмысленность усилий. И благодаря такой отстраненности его переживания и неудачи нам теперь только понятнее. Однако, хотя теоретически, в борьбе с собой, он и придерживался этого метода, все равно личность автора присутствует во всех его романах, никакой теории не под силу ее изгнать. И, перечитывая его еще и еще раз, даже в переводах, мы говорим себе, что этого не мог написать никто, кроме Тургенева. Место его рождения, национальность, впечатления детства, темперамент отпечатаны на всем, что он создал.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE","pageTitle":"Романы Тургенева (Вирджиния Вулф) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Романы Тургенева». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Романы Тургенева». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Вирджиния Вулф","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"литературоведение","item":"https://bookra.app/genre/5879"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Романы Тургенева","item":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE","url":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE","name":"«Романы Тургенева». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Романы Тургенева». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/import:fb:622797/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE#work","name":"Романы Тургенева","url":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE","description":"Книга исследует философию и метод творчества Тургенева, его совет молодому писателю, анализ персонажей и их роль в создании гармоничной картины, подчёркивая баланс наблюдения и интерпретации.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/import:fb:622797/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["литературоведение"],"keywords":"Тургенев, романы, русская литература, социальная критика, психология, история, философия, образование","author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/ff87ef0e-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7#person","name":"Вирджиния Вулф","url":"https://bookra.app/author/ff87ef0e-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D1%83%D0%BB%D1%84%2C_%D0%92%D0%B8%D1%80%D0%B4%D0%B6%D0%B8%D0%BD%D0%B8%D1%8F","https://www.wikidata.org/wiki/Q40909"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"литературоведение"},{"@type":"Thing","name":"Тургенев"},{"@type":"Thing","name":"романы"},{"@type":"Thing","name":"русская литература"},{"@type":"Thing","name":"социальная критика"},{"@type":"Thing","name":"психология"},{"@type":"Thing","name":"история"},{"@type":"Thing","name":"философия"},{"@type":"Thing","name":"образование"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE#edition","url":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Романы Тургенева»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/4ALRdpBE","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":800526,"shortId":"4ALRdpBE","title":"Романы Тургенева","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/import:fb:622797/thumbs/1200.webp","annotationText":"Книга представляет собой сборник романов Александра Сергеевича Тургенева, представленных в виде критического обзора и размышлений о его творчестве. Автор анализирует стилистические особенности и темы, затрагиваемые в произведениях, подчеркивая их актуальность для современного читателя. В тексте рассматриваются характеры персонажей, их внутренний мир и социальный контекст, а также влияние Тургенева на русскую литературу. Читатель получает глубокое понимание того, как автор сочетает наблюдение и интерпретацию, создавая богатую эмоциональную палитру. В итоге, книга раскрывает универсальность и вечную ценность романов Тургенева для всех поколений.","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Вирджиния Вулф","authors":[{"id":"ff87ef0e-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","displayName":"Вирджиния Вулф","protectedUrl":"/author/ff87ef0e-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D1%83%D0%BB%D1%84%2C_%D0%92%D0%B8%D1%80%D0%B4%D0%B6%D0%B8%D0%BD%D0%B8%D1%8F","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q40909"}],"genres":[{"id":5879,"title":"литературоведение","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5879"}],"keywords":["Тургенев","романы","русская литература","социальная критика","психология","история","философия","образование"],"facts":[{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"0+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Книга исследует философию и метод творчества Тургенева, его совет молодому писателю, анализ персонажей и их роль в создании гармоничной картины, подчёркивая баланс наблюдения и интерпретации."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Как достичь точного выражения мысли без навязанных идеалов и при этом сохранять баланс между наблюдением и интерпретацией."},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Тургенев сочетает наблюдение и интерпретацию, создавая сцены, насыщенные как фактами, так и эмоциями.","Точное выражение мысли рождается из подсознания, а не ищется в сознании.","Персонажи Тургена не выделяются ярко, а интегрируются в общую симметричную картину.","Тургенев стремится к искренности и универсальности, избегая навязанных идеалов."]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Тургенев доказывает, что истинная художественная сила исходит из глубины подсознания и наблюдения, а не из навязанных идеалов."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Писатели","Литературные критики","Студенты литературы"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Философия творчества Тургенева","Совет молодому писателю","Анализ персонажей","Баланс наблюдения и интерпретации"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Тургенев — Писатель, чья двойственная принадлежность к России и Франции проявляется в стиле и внешности.","Базаров — Символ протеста и рационализма, упоминается как пример персонажа.","Елена — Любовная героиня, чьи чувства отражают универсальные темы.","Харлов — Упоминается как персонаж, который не выделяется ярко.","Потугин — Упоминается в контексте обсуждения России.","Нежданов — Интеллигент, который совершает самоубийство.","Виолетта — Пример того, как Тургенев описывает внутреннее преобразование.","Марианна — Упоминается как часть общей картины.","Фомушка и Фимушка — Символы простоты и игривости в контексте политических дебатов.","Молодой писатель — Неудачник, ищущий точное выражение мысли."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Найти точное выражение мысли — вот ваша задача!","Печаль пройдет, а прекрасная страница останется."]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1882–1941. Virginia Woolf. британская писательница"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_800526","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_800526","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_800526","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_800526","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_800526","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_800526"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_800526","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_800526","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_800526","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_800526"},"guestReaderUrl":"/books/4ALRdpBE?page=2#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/ff87ef0e-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","readersCount":0,"adultLabel":"0+","yearLabel":null,"datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":2,"totalPages":3,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/4ALRdpBE#reader-content","nextPageUrl":"/books/4ALRdpBE?page=3#reader-content","progressLabel":"Страница 2 из 3","sections":[{"id":"id21:4","kind":"paragraph","text":"Подобное равновесие двух противоположных начал встречается, конечно, крайне редко, особенно в английской литературе. И разумеется, требует жертв. Прославленные персонажи наших книг: Микоберы, Пекснифы, Бекки Шарп — не выдержали бы такого подхода, им нужны развязанные руки, чтобы теснить, подавлять и полностью затмевать соперников. У Тургенева же ни один персонаж, за исключением, может быть, Базарова и Харлова из «Степного короля Лира», не выделяется и не возвышается над остальными и не запоминается отдельно от книги, в которой действует. Рудины, Лаврецкие, Литвиновы, Елены, Лизы, Марианны незаметно переходят друг в друга и при всех мелких различиях складываются вместе в один тонкий и глубокий тип, их нельзя считать четко индивидуализированными образами. Кроме того, романисты-поэты вроде Эмили Бронте, Гарди или Мелвилла, для которых факты — это символы, бесспорно заставляют нас в «Грозовом перевале», «Возвращении на родину» и «Моби Дике» испытывать гораздо более сильные и пылкие переживания, чем Тургенев в своих романах. И однако же, книги Тургенева не только трогают своей поэтичностью, они ценны для нас еще и в другом отношении. Они словно принадлежат нашему, сегодняшнему времени, так хорошо они сохранились и не утратили совершенства формы."},{"id":"id21:5","kind":"paragraph","text":"Дело в том, что Тургеневу в большой мере свойственно еще одно редкое качество: чувство симметрии, равновесия. Он дает нам, по сравнению с другими романистами, более обобщенную и гармоничную картину мира — не только потому, что обладает широким кругозором (он рисует жизнь разных слоев общества: крестьян, интеллигентов, аристократов, купцов), но чувствуется, что он еще привносит в свое изображение стройность и упорядоченность. Симметрия у Тургенева, как убеждаешься, когда читаешь, например, «Дворянское гнездо», торжествует вовсе не потому, что он такой уж великолепный рассказчик. Наоборот, иные из его вещей рассказаны плохо. В них встречаются петли и отступления, «…мы должны попросить у читателя позволение прервать на время нить нашего рассказа», — вполне способен заявить он. И дальше на сорока страницах — запутанные невразумительные сведения про прадедов и прабабок, покуда мы наконец снова не очутимся с Лаврецким в городе О., «где расстались с ним и куда просим теперь благосклонного читателя вернуться вместе с нами». Хороший рассказчик, представляющий себе книгу как последовательность эпизодов, никогда бы не пошел на такой разрыв. Но для Тургенева его книги — вовсе не последовательность эпизодов, он рассматривал их как последовательность эмоций, исходящих от центрального персонажа. Какой-нибудь Базаров или Харлов, представленный вживе пусть всего лишь однажды, в углу железнодорожного вагона, сразу приобретает первостепенное значение и словно магнит притягивает к себе разные предметы, казалось бы, ничем между собой не связанные, но, как ни странно, складывающиеся в одну картину. Связаны здесь не сами предметы, а чувства, и когда, прочитав книгу, испытываешь эстетическое удовлетворение, достигается оно потому, что у Тургенева, несмотря на все слабости повествовательной техники, необыкновенно тонкий слух на эмоции, и даже когда он пользуется резким контрастом или от описания действий героев вдруг переходит к красотам лесов и небес, все равно благодаря глубокому авторскому пониманию получается правдивая, слитная картина. Он никогда не отвлекается на несущественное, на передачу ложного чувства или на лишнюю смену декораций."},{"id":"id21:6","kind":"paragraph","text":"Именно поэтому его романы не просто симметричны, но и по-настоящему нас волнуют. Его герои и героини относятся к тем немногим героям художественной литературы, в чью любовь мы верим. Это чистая и сильная страсть. Любовь Елены к Инсарову, ее тревога, когда он не приходит, отчаяние, которое она испытывает, укрываясь в часовне от дождя, смерть Базарова и горе его стариков родителей, — все это остается с нами, как пережитое. Но при всем том личность не выступает на первый план, одновременно происходят и разные другие события. Гудит жизнь в полях; лошадь грызет удила; кружась, порхает бабочка и садится на цветок. Мы видим, хоть и не приглядываемся, что жизнь идет своим чередом, и от этого только глубже наше сочувствие людям, составляющим всего лишь малую часть большого мира. В какой-то мере это, конечно, обусловлено еще и тем, что герои Тургенева сами глубоко сознают свою связь с миром за пределами их личности. «К чему молодость, к чему я живу, зачем у меня душа, зачем все это?» — спрашивает Елена в своем дневнике. Этот вопрос постоянно у нее на устах. Ее разговору, легкому, забавному и полному точных наблюдений, он придает дополнительную глубину. Тургенев не ограничивается, как мог бы ограничиваться в Англии, одним блестящим живописанием нравов. Его герои не только задумываются о смысле собственной жизни, но задаются вопросом и о предначертаниях России. Интеллигенты посвящают России все свои заботы; за разговорами о ее будущем они просиживают ночи над неизменным самоваром, покуда не разгорится заря. «Жуют, жуют они этот несчастный вопрос, как дети кусок гуммиластика», — говорит Потугин в «Дыме». Тургенев, телом в изгнании, душой не мог оторваться от России — он почти болезненно чувствителен, как бывает с людьми, страдающими от ощущения своей неполноценности и не находящими выхода своим страстям. Тем не менее он не воюет ни на чьей стороне, не становится выразителем чьих-то идей. Ирония его никогда не покидает; он постоянно помнит, что есть и другая сторона, противоположная. В самый разгар политических дебатов нам вдруг показывают Фомушку и Фимушку, «кругленьких, пухленьких, настоящих попугайчиков-переклиток», которые живут весело, припеваючи, невзирая на положение в стране. К тому же, напоминает нам Тургенев, понять крестьян, как ни изучай их, дело трудное. «Я не умел опроститься», — пишет интеллигентный Нежданов, перед тем как убить себя. И хотя Тургенев мог бы сказать вместе с Марианной: «…я страдаю за всех притесненных, бедных, жалких на Руси», — он считал, что в интересах дела, равно как и в интересах искусства, — воздерживаться от рассуждений и доказательств. «Нет, когда мысль высказана, не следует на ней настаивать. Пусть читатель сам обдумает и сам поймет. Поверьте мне, так будет лучше и для идей, которые вам дороги». Он насильно заставлял себя стоять в стороне, смеялся над интеллигентами, показывая несерьезность их аргументов и конечную бессмысленность усилий. И благодаря такой отстраненности его переживания и неудачи нам теперь только понятнее. Однако, хотя теоретически, в борьбе с собой, он и придерживался этого метода, все равно личность автора присутствует во всех его романах, никакой теории не под силу ее изгнать. И, перечитывая его еще и еще раз, даже в переводах, мы говорим себе, что этого не мог написать никто, кроме Тургенева. Место его рождения, национальность, впечатления детства, темперамент отпечатаны на всем, что он создал."}],"toc":[{"id":"id21:0:1","label":"Вирджиния Вулф РОМАНЫ ТУРГЕНЕВА","page":1,"pageUrl":"/books/4ALRdpBE#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":440544,"shortId":"2dJdu30I","title":"Подлинная история Анны Карениной","authorLine":"Павел Валерьевич Басинский","primaryAuthorId":"826705fb-b495-102a-94d5-07de47c81719","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/275cccdf-8a53-11ec-876c-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2dJdu30I"},{"idCatalog":395874,"shortId":"0wpxnJtU","title":"Исторические корни волшебной сказки","authorLine":"Владимир Яковлевич Пропп","primaryAuthorId":"c1310e3f-bb62-42be-9bf9-aa9b03915dd0","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/742c1f58-9d1f-11eb-8a92-0cc47a5f137d/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0wpxnJtU"},{"idCatalog":373986,"shortId":"38DwW5gq","title":"Морфология волшебной сказки. Исторические корни волшебной сказки","authorLine":"Владимир Яковлевич Пропп","primaryAuthorId":"c1310e3f-bb62-42be-9bf9-aa9b03915dd0","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/ff6b62e6-3499-11eb-8f85-0cc47a520475/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/38DwW5gq"},{"idCatalog":522122,"shortId":"2NQk97lA","title":"Роман А.С. Пушкина «Евгений Онегин». Комментарий","authorLine":"Юрий Михайлович Лотман","primaryAuthorId":"0ff49ccb-08e1-11e4-824d-0025905a06ea","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/1095073c-2abc-11ee-8496-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2NQk97lA"},{"idCatalog":76029,"shortId":"0fOso6pr","title":"Как читать книги. Руководство по чтению великих произведений","authorLine":"Мортимер Адлер, Лариса Плостак","primaryAuthorId":"fac841c7-2f16-11e2-8f4b-e36f80368c1d","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/f1ec9aa9-2f19-11e2-8f4b-e36f80368c1d/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0fOso6pr"},{"idCatalog":457805,"shortId":"36NEAknD","title":"Морфология волшебной сказки","authorLine":"Владимир Яковлевич Пропп","primaryAuthorId":"c1310e3f-bb62-42be-9bf9-aa9b03915dd0","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/8abaf258-d77a-11ec-a192-0cc47af30dde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/36NEAknD"},{"idCatalog":445939,"shortId":"3owg6OHh","title":"Ночная смена","authorLine":"Алексей Валерьевич Поляринов, Альпина.Проза","primaryAuthorId":"47401de6-c743-11e3-a298-0025905a06ea","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/03a8c341-a5c8-11ec-876c-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3owg6OHh"},{"idCatalog":306653,"shortId":"1gYQXK91","title":"Скандинавские мифы: от Тора и Локи до Толкина и «Игры престолов»","authorLine":"Ольга Валерьевна Чумичева, Кэролайн Ларрингтон","primaryAuthorId":"b4229ab3-59ed-11e0-9959-47117d41cf4b","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/801f858a-e10e-11e9-82ee-0cc47a5203ba/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1gYQXK91"},{"idCatalog":317139,"shortId":"0DMoaaGf","title":"Жизнь Льва Толстого. Опыт прочтения","authorLine":"Андрей Зорин","primaryAuthorId":"ad4e39bc-6b06-44d5-bcd1-2357e641933f","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/02a151a6-d02e-41dc-b330-37ca03cce565/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0DMoaaGf"},{"idCatalog":21205,"shortId":"3kYsCoFv","title":"Записные книжки","authorLine":"Вера Аркадьевна Мильчина, Альбер Камю, Елена Дмитриевна Гальцова, Ольга Э. Гринберг","primaryAuthorId":"49a952ce-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/d4be17d6-c81d-45ed-a35e-316ee73e6369/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3kYsCoFv"},{"idCatalog":85468,"shortId":"2R2OAFC2","title":"Блеск и нищета русской литературы (сборник)","authorLine":"Сергей Донатович Довлатов","primaryAuthorId":"df006485-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/435f6266-2059-11e3-b637-002590591ed2/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2R2OAFC2"},{"idCatalog":466947,"shortId":"3ND9l6eP","title":"Высокое искусство","authorLine":"Корней Иванович Чуковский","primaryAuthorId":"d1d156bf-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/6eb8fee6-06a0-11ed-a192-0cc47af30dde/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3ND9l6eP"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":190,"totalPages":16,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}