Загрузка...
Одержимый или сделка с призраком — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Одержимый или сделка с призраком

Автор Чарльз Диккенс
0+114 читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
призракодержимыйнаучныйпсихологиятревогапамятьпрошлоепотерятень

Описание

Главный герой, химик и профессор Редлоу, сталкивается с призраком своего прошлого, который заставляет его переосмыслить память, боль и обиды. В ходе ночных странствий он встречает странных персонажей, включая спящего мальчика, старика Филиппа и его сына Уильяма, а также символ сострадания Милли. Путешествие Редлоу приводит к внутреннему конфликту и поиску прощения, что открывает ему возможность изменить свою судьбу.

Главный конфликт / проблема

Внутренний конфликт Редлоу, вызванный его прошлой болью и невозможностью изменить прошлое, заставляет его искать прощения и способ изменить свою судьбу.

Ключевые идеи

  • Изоляция и мрачная атмосфера создают ощущение одержимости.
  • Проблема памяти и страдания: призрак пытается изменить прошлое, чтобы избавить героя от боли.
  • Трансформация Редлоу в зловещую сущность после встречи с призраком.
  • Внутренний конфликт героя проявляется в борьбе между желанием забыть и необходимостью помнить.
  • Глубокое чувство вины и поиск прощения Редлоу за причинённый вред.
  • Влияние памяти и её потери на личность и возможности изменить судьбу.
  • Сила музыки и присутствия Милли как источника сострадания и внутреннего преобразования.

Вывод

Книга приводит к выводу, что даже в условиях неизменного прошлого можно найти путь к искуплению, если отпустить обиды и принять сострадание.

Кому полезна

  • Любители психологического триллера и сверхъестественных историй
  • Читатели, интересующиеся внутренним конфликтом и прощением
  • Те, кто ищет вдохновение для личного роста

Главные темы

  • Память и её влияние на личность
  • Внутренний конфликт и поиск прощения
  • Сверхъестественные явления как зеркало внутреннего мира
  • Сострадание и возможность искупления

Персонажи

  • Редлоу — Изолированный, замкнутый, мрачный, воспринимается как одержимый. Пытается искупить свою вину, ищет прощения и возможность изменить последствия своего дара.
  • Призрак — Представляет собой прошлое, пытается изменить память героя, представляет неизменную часть Редлоу, помогает понять последствия и объясняет, почему мальчик не испытывает боли и как это связано с Редлоу.
  • Милли — Она пытается успокоить студента и помочь ему, но Редлоу остаётся агрессивным. Обеспечивает эмоциональную поддержку и помогает Редлоу увидеть свет в мире.
  • Мальчик — Спит в комнате, отказывается идти с Редлоу, но позже становится спутником. Спит в комнате Редлоу, его отсутствие памяти о боли отражает состояние Редлоу.
  • Филипп — Он живёт в доме, страдает от болезни и скорби.
  • Уильям — Он страдает от болезни и находится в доме с отцом.
  • Миссис Уильям — Тёплая, доброжелательная, часто помогает студентам и учёным.
  • Студент — Он благодарен Редлоу и пытается показать уважение, но сталкивается с отвержением.
  • Странный человек с подносом — Входит в комнату, обсуждает миссис Уильям и помогает в приготовлении пищи.
  • Маленькое существо — Ищет утешения, ищет миссис Уильям, выглядит как ребёнок с искажёнными чертами.

Цитаты

  • Опять ты здесь!
  • Я вижу тебя в пламени.
  • «Не подходите!»
  • «Пусть лучше покончит с собой, чем приблизится ко мне!»
  • Но что-то беззвучно затрепетало в глубине его существа, и теперь он снова мог взволноваться тем, что таила в себе далекая музыка.
  • Память о скорби, обидах и страданиях не возвратилась к нему; он знал, что ее уже не вернуть.

Сводка по автору из Wikidata

1812–1870. Charles Dickens. британский писатель, стенограф, репортёр, романист и эссеист (1812—1870)

Читать онлайн

Страница 28 из 29

— Мне кажется, мой маленький всегда здесь, рядом, и всегда говорит со мною, — продолжала Милли. — Он просит меня за бедных брошенных детей, как будто он живой. Он говорит — и я узнаю его голос. Когда я слышу, что какой-нибудь молодой человек несчастлив, попал в беду или сделал что дурное, я думаю: а вдруг это случилось бы с моим сыном и господь отнял его у меня из милосердия. Даже в седых старцах, вот как батюшка, я вижу свое дитя: ведь и наш сын мог бы дожить до преклонных лет, когда нас с тобой давно уже не было бы на свете, и тоже нуждался бы в любви и уважении тех, кто помоложе.

Тихий голос Милли звучал еще тише, чем всегда; она взяла мужа за руку и прислонилась головою к его плечу.

— Дети так меня любят, что иногда мне даже чудится — это, конечно, глупо, Уильям, — будто они, уж не знаю как и почему, сочувствуют мне и моему маленькому и понимают, что их любовь мне дороже всех сокровищ. Может, с тех пор я и стала тихая, Уильям, но только во многом я стала счастливее. И знаешь, почему еще я счастлива? Потому, что даже в те дни, когда мой сыночек родился неживой, и его только что схоронили, и я была так слаба, и мне было так грустно, и я не могла не горевать о нем, мне пришло на ум: надо вести праведную жизнь, и, может быть, когда я умру, на небесах светлый ангелочек назовет меня мамой!

Редлоу рухнул на колени.

— О ты, — вскричал он, — примером чистой любви милосердно возвративший мне память — память о распятом Христе и обо всех праведниках, погибших во имя его, благодарю тебя и молю: благослови ее!

И поднявшись, прижал Милли к груди: слезы обильней прежнего потекли по ее лицу — и, плача и смеясь, она воскликнула:

— Он пришел в себя! И он ведь тоже меня очень любит, правда? О господи, господи, и этот тоже!

Тут в комнату вошел Эдмонд, ведя за руку прелестную девушку, которая робела и не решалась войти. И Редлоу, совсем к нему переменившийся, кинулся Эдмонду на шею и умолял их обоих стать ему детьми. Ибо в этом молодом человеке и его избраннице он увидел как бы свое собственное суровое прошлое, но умиротворенное и смягченное, и к ним устремилось его сердце, словно голубка, долго томившаяся в одиноком ковчеге, — под сень раскидистого древа.

Потом — ибо рождество это пора, когда громче, нежели в любое иное время года, говорит в нас память обо всех горестях, обидах и страданиях в окружающем нас мире, которым можно помочь, и, так же как и все, что мы сами испытали на своем веку, побуждает нас делать добро, — он положил руку на голову спящего мальчика и, безмолвно призвав во свидетели того, кто в старину возлагал руку на детей и во всеведении своем предрекал горе тем, кто отвратит от него хоть одного из малых сих, поклялся взять этого ребенка под свою защиту, наставлять его и возродить в нем душу живую.

Потом он весело протянул руку Филиппу и сказал, что в этот день праздничный обед должен состояться в большой зале, где прежде, до того, как десять незабвенных джентльменов порешили по-иному, была трапезная; и надо созвать на обед всех тех членов семейства Свиджер, — ведь оно, по словам Уильяма, столь многочисленно, что, взявшись за руки, Свиджеры окружили бы хороводом всю Англию, — всех тех, которые успеют собраться сюда за такой короткий срок.

Так они и сделали. В тот же день в бывшей большой трапезной собралось столько Свиджеров, взрослых и детей, что попытка сосчитать их лишь посеяла бы в умах недоверчивых читателей сомнение в правдивости этой истории. Поэтому мы не сделаем подобной попытки. И, однако, они собрались, их было много, очень много, и их ждали добрые вести, ибо появилась надежда на выздоровление Джорджа, который, после того как его еще раз навестили отец, брат и Милли, вновь уснул спокойным сном. На праздничном обеде присутствовало и семейство Тетерби, включая юного Адольфа, который явился, закутанный в свой разноцветный шарф, как раз в ту самую минуту, когда подали жаркое. Джонни с сестричкой прибыли, разумеется, с опозданием, валясь, по обыкновению, на бок; он едва дышал от усталости, у нее, как предполагали, резались сразу два зуба, — но все это было в порядке вещей и никого не тревожило.

Грустно было видеть, как мальчик без роду, без племени смотрел на игры других детей, не умея с ними говорить и не зная, как с ними резвиться, более чуждый детским забавам, чем одичавший пес. Грустно, хоть и по-иному, было видеть, как даже самые маленькие дети чутьем понимали, что этот мальчик — не такой, как они, и робко подходили к нему, заговаривали с ним, ласково брали за руку, отдавали ему кто конфету, кто игрушку, старались утешить и развлечь его. Но он не отходил от Милли и уже начинал смотреть на нее с любовью — и этот тоже, как она выражалась! — и так как все дети нежно любили ее, то им это было приятно, и, видя, как он посматривает на них из-за ее кресла, они радовались, что он с нею рядом.

Это видел Ученый, который сидел за праздничным столом подле Эдмонда и его невесты, со стариком Филиппом и остальными.

Иные впоследствии говорили, что все здесь рассказанное только почудилось Ученому; другие — что однажды в зимние сумерки он прочитал все это в пламени камина; третьи — что Призрак был лишь воплощеньем его мрачных мыслей, Милли же — олицетворением его подлинной мудрости. Я не скажу ничего.

…Разве только одно. Когда все они собрались в старой трапезной при ярком свете пылающего камина (обедали рано и другого огня не зажигали), снова из потаенных углов крадучись вышли тени и заплясали по комнате, рисуя перед детьми сказочные картины и невиданные лица на стенах, постепенно преображая все реальное и знакомое, что было в зале, в необычайное и волшебное. Но было в этой зале нечто такое, к чему опять и опять обращались взоры Редлоу, и Милли с мужем, и старого Филиппа, и Эдмонда с его нареченной, — нечто такое, чего ни разу не затемнили и не изменили неугомонные тени. С темных панелей стены, с портрета, окруженного зеленой гирляндой остролиста, как живой смотрел на них спокойный человек с бородою, в брыжах: он отвечал им взглядом, и в отсвете камина лицо его казалось особенно серьезным. А ниже, такие отчетливые и ясные, точно чей-то голос повторял их вслух, стояли слова:

«БОЖЕ, СОХРАНИ МНЕ ПАМЯТЬ!»

Страница 28 из 29

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее