Загрузка...
Рождественская шкатулка. Святочные рассказы русских классиков — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Рождественская шкатулка. Святочные рассказы русских классиков

Автор Аркадий Тимофеевич Аверченко
0+156 читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
рождестворусские классикисказкисборникпраздникдетские рассказыхристианствонародный фольклорпраздничная атмосферасказка

Описание

Сборник рождественских рассказов русских классиков, в котором дети и взрослые сталкиваются с мечтами, ограничениями и волшебством праздника, подчёркивая важность семейных ценностей, взаимопомощи и веры.

Главный конфликт / проблема

Дети сталкиваются с ограничениями взрослых и реальностью бедности, пытаясь реализовать свои мечты и найти утешение в рождественских традициях и волшебстве.

Ключевые идеи

  • Рождественские традиции как объединяющий фактор общества
  • Мечты детей и ограничения, наложенные взрослыми
  • Контраст между богатством и бедностью в русской деревне
  • Семейные ценности и взаимопомощь в праздновании
  • Традиция ожидания звезды и поста как символы веры и благодарности.
  • Роль христославов и семейных обрядов в создании праздничной атмосферы.
  • Важность подарков, ёлки и совместного празднования для укрепления семейных связей.
  • Контраст между бедностью и богатством, но общая радость от праздника.
  • Волшебные элементы, придающие сказочный характер рождественского вечера.
  • Волшебство и реальность переплетаются в рождественской ночи.
  • Семейные ценности и вера помогают преодолевать трудности.
  • Рождественские обычаи объединяют людей в разных регионах.

Вывод

Книга приводит к выводу, что рождественские символы и семейные узы способны объединять людей, даря им надежду, тепло и веру даже в самых трудных обстоятельствах.

Кому полезна

  • Любители русской классической литературы
  • Педагоги и воспитатели, работающие с детьми
  • Семьи, интересующиеся рождественскими традициями
  • Кто хочет глубже понять культурный контекст праздника

Главные темы

  • Русские рождественские традиции
  • Семейные ценности и взаимопомощь
  • Мечты и ограничения детей
  • Волшебство и вера
  • Семейные конфликты и поиск утешения

Персонажи

  • Даня Иевлев — Мечтает стать авиатором, чувствует себя ограниченным в доме, ищет свободу и признание
  • Арина Панина — Живёт в бедной деревне, переживает за будущее дочери
  • Хаврошина — Слушает рассказы о Рождестве и мечтает о ёлке и звезде
  • Нина — Готовит стол, напоминает о посте и куте, следит за детьми
  • Мама — Накрывает стол, рассказывает о куте и традициях
  • Дедушка — Приносит золотую звезду и организует хороводы и фокусы
  • Кирюшка — Живёт в трудных условиях, но на Рождество получает внимание и еду от соседей
  • Мариулла — Трудолюбивая женщина, приехавшая из южной Франции, которая в сне переживает волшебную ночь среди живых цветов
  • Барон Нико Бругин — Проходит по лестнице, встречает доктора и переживает семейные заботы
  • Волхвы — Древние мудрецы, чье шествие дети пытаются увидеть, но видят лишь иллюзию
  • Саша — Саша чувствует себя отстранённым от детей и взрослых, ищет смысл в игрушке ангелочка. Он сталкивается с семейными конфликтами и ищет поддержку в празднике
  • Коля — Пытается обмануть Сашу, используя игрушечное оружие

Цитаты

  • «Замечательно умно! – думает сердито девятилетний Даня Иевлев, лёжа животом на шкуре белого медведя…»
  • «Весь дом полон женщинами – тётя Катя, тётя Лиза, тётя Нина, мама, англичанка…»
  • «Няня, смотри, вон уже звезда пришла на небо, – радостно говорит Лида.»
  • «Кирюшка, как только мать его приласкает, так всю обиду сразу забудет, голову под материнский серый байковый платок запрячет.»
  • Родился младенец Христос, пора нам справлять эту великую ночь!
  • Счастье, которое приходит в рождественскую ночь, обогащает душу.
  • И вот мы бежим, бежим по большой дороге на Арль.
  • В гостиную втащили большую мёрзлую елку.
  • Милый… милый ангелочек!
  • Дай ангелочка.

Сводка по автору из Wikidata

1880–1925. Аркадий Тимофеевич Аверченко. русский писатель, сатирик, театральный критик (1880—1925)

Читать онлайн

Страница 9 из 40

Горкин раньше ещё ушел, у свещного ящика много дела. Отец ведёт меня через площадь за руку, чтобы не подшибли на раскатцах. С нами идут Клавнюша и Саня Юрцов, заика, который у Сергия-Троицы послушником: отпустили его монахи повидать дедушку Трифоныча, для Рождества. Оба поют вполголоса стишок, который я ещё не слыхал, как Ангелы ликуют, радуются человеки, и вся тварь играет в радости, что родился Христос. И отец стишка этого не знал. А они поют ласково так и радостно. Отец говорит:

– Ах вы, божьи люди!..

Клавнюша сказал – «все божии» – и за руку нас остановил:

– Вы прислушайте, прислушайте… как все играет!.. и на земле, и на небеси!..

А это про звон он. Мороз, ночь, ясные такие звёзды, – и гу-ул… все будто небо звенит-гудит, – колокола поют. До того радостно поют, будто вся тварь играет: и дым над нами, со всех домов, и звёзды в дыму, играют, сияние от них весёлое. И говорит ещё:

– Гляньте, гляньте!.. и дым будто Славу несёт с земли… играет каким столбом!..

И Саня-заика стал за ним говорить:

– И-и-и… грает… не-бо и зе-зе-земля играет…

И с чего-то заплакал. Отец полез в карман и чего-то им дал, позвякал серебрецом. Они не хотели брать, а он велел, чтобы взяли:

– Дадите там, кому хотите. Ах вы, божьи дети… молитвенники вы за нас, грешных… простосерды вы. А у нас радость, к Празднику: доктор Клин нашу знаменитую октаву-баса, Ломшачка, к смерти приговорил, неделю ему только оставлял жить… дескать, от сердца помрёт… уж и дышать переставал Ломшачок! А вот, выправился, выписали его намедни из больницы. Покажет себя сейчас, как «с нами Бог» грянет!..

Так мы возрадовались! А Горкин уж и халатик смертный ему заказывать хотел.

В церкви полным-полно. Горкин мне пошептал:

– А Ломшачок-то наш, гляди-ты… вон он, горло-то потирает, на крылосе… это, значит, готовится, сейчас «С нами Бог» вовсю запустит.

Вся церковь воссияла – все паникадилы загорелись. Смотрю: разинул Ломшаков рот, назад головой подался… – все так и замерли, ждут. И так ахнуло – «С нами Бог»… – как громом, так и взыграло сердце, слезами даже зажгло в глазах, мурашки пошли в затылке. Горкин и молится, и мне шепчет:

– Воскрес из мёртвых наш Ломшачок… – «разумейте, языцы, и покоряйтеся… яко с нами Бог!..».

И Саня, и Клавнюша – будто воссияли, от радости. Такого пения, говорили, ещё и не слыхали: будто все Херувимы-Серафимы трубили с неба. И я почувствовал радость, что с нами Бог. А когда запели «Рождество Твоё, Христе Боже наш, воссия мирови свет разума…» – такое во мне радостное стало… и я будто увидал вертеп-пещерку, ясли и пастырей, и волхвов… и овечки будто стоят и радуются. Клавнюша мне пошептал:

– А если бы Христа не было, ничего бы не было, никакого света-разума, а тьма языческая!..

И вдруг заплакал, затрясся весь, чего-то выкликать стал… его взяли под руки и повели на мороз, а то дурно с ним сделалось, – «припадочный он», – говорили-жалели все.

Когда мы шли домой, то опять на рынке остановились, у бассейны, и стали смотреть на звёзды, и как поднимается дым над крышами, и снег сверкает от главной звезды, – «Рождественская» называется. Потом проведали Бушуя, погладили его в конуре, а он полизал нам пальцы, и будто радостный он, потому что нынче вся тварь играет.

Зашли в конюшню, а там лампадочка горит, в фонаре, от пожара, не дай-то Бог. Антипушка на сене сидит, спать собирается ложиться. Я ему говорю:

– Знаешь, Антипушка, нонче вся тварь играет, Христос родился.

А он говорит – «а как же, знаю… вот и лампадочку затеплил…». И правда: не спят лошадки, копытцами перебирают.

– Они ещё лучше нашего чуют, – говорит Антипушка, – как заслышали благовест, ко всенощной… ухи навострили, все слушали.

Заходим к Горкину, а у него кутья сотовая, из пшенички, угостил нас – святынькой разговеться. И стали про божественное слушать. Клавнюша с Саней про светлую пустыню сказывали, про пастырей и волхвов-мудрецов, которые все звёзды сосчитали, и как Ангелы пели пастырям, а Звезда стояла над ними и тоже слушала ангельскую песнь.

Горкин и говорит, – будто он слышал, как отец давеча обласкал Клавнюшу с Саней:

– Ах вы, ласковые… Божьи люди!..

А Клавнюша опять сказал, как у бассейны:

– Все Божии.

Из романа «Лето Господне». 1927–1948

К. В. Лукашевич. Рождественский праздник

Далёкий Рождественский сочельник. Морозный день. Из окон видно, как белый пушистый снег покрыл улицы, крыши домов и деревья. Ранние сумерки. Небо синеет.

Мы с Лидой стоим у окна и смотрим на небо.

– Няня, скоро придет звезда? – спрашиваю я.

– Скоро, скоро, – торопливо отвечает старушка. Она накрывает на стол.

– Няня, смотри, вон уже звезда пришла на небо, – радостно говорит Лида.

– Эта не та.

– Почему не та? Посмотри хорошенько.

– Та будет побольше… Эта очень маленькая, – говорит няня, едва взглянув в окно.

– Ты сказала до первой звезды, – плаксиво замечает сестра.

– Ведь мы проголодались. Очень есть хочется, – говорю я.

– Подождите, детушки… Теперь уже скоро… Потерпите.

– Дай ты им чего-нибудь перекусить… Совсем заморила девочек. – Мама услышала наш разговор, вышла из своей комнаты и крепко целует нас.

– Вот ещё, что выдумала!.. Разве можно есть до звезды? Целый день постились. И вдруг не дотерпеть. Грешно ведь, – серьёзно возражает няня. Нам тоже кажется, что это грешно. Ведь у нас будет «кутья». Надо её дождаться. Взрослые целый день постились и не едят до звезды. Мы тоже решили поститься, как и большие… Но сильно проголодались и нетерпеливо повторяем: «Ах, скорее бы, скорее пришла звезда».

Няня и мама накрыли стол чистой скатертью и под скатерть положили сено… Нам это очень нравится. Мы знаем, что это делается в воспоминание величайшего события: Господь наш родился в пещере и был положен в ясли на сено.

Мы не обедали, как обычно, в три часа, а будем ужинать «со звездою», то есть когда стемнеет и на небе загорятся первые звёздочки. У нас будет «кутья» из рису, «кутья» из орехов, пшеница с мёдом и разные постные кушанья из рыбы. Кроме того, на столе поставят в банках пучки колосьев пшеницы и овса. Всё это казалось нам, детям, важным и знаменательным. В нашей квартире так было чисто прибрано, всюду горели лампады; настроение было благоговейное, и целый день поста, и эта «кутья» раз в году – всё говорило о наступлении великого праздника… Няня, конечно, не раз напоминала нам, что «Волхвы принесли Божественному младенцу ладан, смирну, золото и пшеницу». Оттого в Сочельник надо есть пшеницу.

Папа наш был малоросс, и многие обряды совершались в угоду ему. Где-то далеко в маленьком хуторе Полтавской губернии жила его мать с сестрой и братом. И там они справляли свою украинскую вечерю и «кутью». Папа нам это рассказывал и очень любил этот обычай. Но в сером домике бабушки и дедушки тоже в Рождественский сочельник всегда справлялась «кутья»… Как у них, так и у нас непременно бывал в этот вечер приглашён какой-нибудь одинокий гость или гостья: дедушкин сослуживец или папин товарищ, которому негде было встретить праздник. Справив «кутью», мы отправлялись ко Всенощной. Но мы с сестрой в волнении: ждём чего-то необычайного, радостного. Да и как не волноваться: ведь наступило Рождество. Может быть, будет ёлка… Какое детское сердце не забьётся радостью при этом воспоминании? Великий праздник Рождества, окружённый духовной поэзией, особенно понятен и близок ребёнку… Родился Божественный Младенец, и Ему хвала, слава и почести мира. Всё ликовало и радовалось. И в память Святого Младенца в эти дни светлых воспоминаний все дети должны веселиться и радоваться. Это их день, праздник невинного, чистого детства…

Страница 9 из 40

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее