Загрузка...
Планета людей — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Планета людей

Автор Антуан де Сент-Экзюпери
0+3.8k читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
пилотавиацияпутешествиепервый полет

Описание

Книга «Планета людей» Антуана де Сент-Экзюпери представляет собой сочетание автобиографических воспоминаний о первых полётах, историй авиационных первопроходцев, философских размышлений о роли техники и человеке, а также описаний выживания в пустыне и размышлений о смысле жизни и дружбе.

Главный конфликт / проблема

Опасности и неопределённость авиационных полётов и жизни в пустыне, а также поиск смысла в человеческих отношениях

Ключевые идеи

  • Земля как инструмент самопознания через трудности.
  • Важность наставничества и практического опыта в авиации.
  • Преодоление страхов и опасностей через знание маршрута и подготовку.
  • Метафора «черных драконов» как символы природных препятствий.
  • Покорение неизведанных территорий и преодоление природных препятствий
  • Дружба и взаимная поддержка как ключ к выживанию
  • Ответственность перед товарищами и обществом
  • Невозможность заменить дружбу материальными ценностями
  • Машина — лишь орудие, а не цель.
  • Совершенство техники достигается через упрощение и вычитание лишнего.
  • Самолёт как орудие познания, открывающее истинную природу Земли.
  • Прямолинейный полёт освобождает от обманчивых дорог и раскрывает фундамент планеты.

Вывод

Авиация открывает новые горизонты, но истинная ценность кроется в дружбе, ответственности и взаимной поддержке

Кому полезна

  • Любители авиации и путешествий
  • Люди, интересующиеся философией и человеческими отношениями
  • Путешественники и исследователи
  • Журналисты и писатели

Главные темы

  • Путешествия и авиация
  • Дружба и риск
  • Техника как инструмент
  • Планета и человек
  • Выживание в пустыне
  • Внутренний поиск

Персонажи

  • Пилот-Нарратор — Пилот-Нарратор описывает свой опыт, ощущения, мысли и решения, демонстрируя стойкость и внутреннюю борьбу. Он видит самолёт как символ человеческого стремления к совершенству, взаимодействует с военными постами и племенами, помогает освобождённому рабу, отражая мысли о внутренней свободе и истине.
  • Анри Гийоме — Опытный пилот, помогающий молодому летчику понять маршрут и подготовиться к полёту, исчез в Андах, но спасён, рассказывает о выживании и стойкости, понимает важность техники как инструмента.
  • Мермо́з — Французский летчик, открывший авиалинию Касабланка‑Дакар, преодолевший опасности, погибший в Атлантике, оставивший память о дружбе и трудолюбии.
  • Бюри — Опытный летчик, который, несмотря на усталость, улыбается и демонстрирует стойкость.
  • Сержант — Живёт в изоляции в форт‑Нуакшот, ждёт приезда командиров, радуется появлению пилотов. Бывший бухгалтер, чья жизнь изменилась после призыва; переживает внутренний конфликт между привычной жизнью и военной обязанностью.
  • Капитан Боннафу — Вызывает страх у племен, планируется его нападение.
  • Кемаль — Обсуждает планы с Муяном, готовит нападение на Боннафу.
  • Муян — Слушает Кемаля, обсуждает планы.
  • Барк (Мохамед бен‑Лаусин) — Бывший раб, которого герой помогает выкупить и отправить в Марракеш, ощущает внутреннюю пустоту, пока не находит смысл в помощи другим.
  • Андре Прево — Поддерживает пилота, занимается ремонтом самолета и помогает в поиске воды.
  • Начальник — Назначает пилота на рейс и даёт строгие инструкции о безопасности.
  • Лекривэн — Смертельный инцидент в Касабланке, который влияет на настроение автора.

Цитаты

  • «Земля помогает нам понять самих себя, как не помогут никакие книги.»
  • «Неприятности у тебя будут – гроза, туман, снег, – без этого не обойтись.»
  • Нельзя купить дружбу
  • Боль утраты была бы острее, если бы смерть была иной
  • Машина – не цель, он всего лишь орудие.
  • Машина на пределе своего развития – это уже почти не машина.
  • Самолёт – машина, но притом какое орудие познания! Это он открыл нам истинное лицо Земли.
  • Мы живем на планете-страннице. Порой благодаря самолету мы узнаем что-то новое о ее прошлом.
  • Тотчас появились две девушки. Они испытующе оглядели меня, точно судьи, охраняющие запретное царство;
  • – Одиннадцать!

Сводка по автору из Wikidata

1900–1944. Antoine de Saint-Exupéry. французский писатель и лётчик

Читать онлайн

Страница 34 из 35

Но эти идолы – идолы плотоядные. Человек, который умирает ради научного открытия или ради того, чтобы найти лекарство от тяжкого недуга, самой смертью своей служит делу жизни. Быть может, это и красиво – умереть, чтобы завоевать новые земли, но современная война разрушает все то, ради чего она будто бы ведется. Ныне речь уже не о том, чтобы, пролив немного жертвенной крови, возродить целый народ. С того часа, как оружием стали самолет и иприт, война сделалась просто бойней. Враги укрываются за бетонными стенами, и каждый, не умея найти лучший выход, ночь за ночью шлет эскадрильи, которые подбираются к самому сердцу врага, обрушивают бомбы на его жизненные центры, парализуют промышленность и средства сообщения. Победа достанется тому, кто сгниет последним. И оба противника гниют заживо.

Мир стал пустыней, и все мы жаждем найти в ней товарищей; ради того, чтобы вкусить хлеба среди товарищей, мы и приемлем войну. Но чтобы обрести это тепло, чтобы плечом к плечу устремиться к одной и той же цели, вовсе незачем воевать. Мы обмануты. Война и ненависть ничего не прибавляют к радости общего стремительного движения.

Чего ради нам ненавидеть друг друга? Мы все заодно, уносимые одной и той же планетой, мы – команда одного корабля. Хорошо, когда в споре между различными цивилизациями рождается нечто новое, более совершенное, но чудовищно, когда они пожирают друг друга.

Чтобы нас освободить, надо только помочь нам увидеть цель, к которой мы пойдем бок о бок, соединенные узами братства, – но тогда почему бы не искать такую цель, которая объединит всех? Врач, осматривая больного, не слушает стонов: врачу важно исцелить человека. Врач служит законам всеобщего. Им служит и физик, выводящий почти божественные уравнения, в которых разом определена сущность атома и звездной туманности. Им служит и простой пастух. Стоит тому, кто скромно стережет под звездным небом десяток овец, осмыслить свой труд – и вот он уже не просто слуга. Он – часовой. А каждый часовой в ответе за судьбы империи.

Вы думаете, пастух не стремится осмыслить себя и свое место в жизни? На фронте под Мадридом я побывал в школе – была она на пригорке, за низенькой оградой, сложенной из камня, от окопов ее отделяло метров пятьсот. В этой школе один капрал преподавал ботанику. В грубых руках капрала был цветок мака, он осторожно разнимал лепестки и тычинки, и со всех сторон из окопной грязи, под грохот снарядов к нему стекались заросшие бородами паломники. Они окружали капрала, усаживались прямо на земле, поджав ноги, подперев ладонью подбородок, и слушали. Они хмурили брови, стискивали зубы, урок был им не очень-то понятен, но им сказали: «Вы темные, вы звери, вы только вылезаете из своего логова, нужно догонять человечество!» – и, тяжело ступая, они спешили вдогонку.

Когда мы осмыслим свою роль на земле, пусть самую скромную и незаметную, тогда лишь мы будем счастливы. Тогда лишь мы сможем жить и умирать спокойно, ибо то, что дает смысл жизни, дает смысл и смерти.

Человек отходит с миром, когда смерть его естественна, когда где-нибудь в Провансе старый крестьянин в конце своего царствования отдает сыновьям на хранение своих коз и свои оливы, чтобы сыновья в должный срок передали их сыновьям своих сыновей. В крестьянском роду человек умирает лишь наполовину. В урочный час жизнь распадается, как стручок, отдавая зерна.

Однажды мне случилось стоять с тремя крестьянами у смертного ложа их матери. Это было горько, что говорить. Вторично рвалась пуповина. Вторично развязывался узел, соединявший поколение с поколением. Сыновьям вдруг стало одиноко, они себе показались неумелыми, беспомощными, больше не было того стола, за которым в праздник сходилась вся семья, того магнита, который их всех притягивал. А я видел, здесь не только рвутся связующие нити, но и вторично дается жизнь. Ибо каждый из сыновей в свой черед станет главою рода, патриархом, вокруг которого будет собираться семья, а когда настанет срок, и он в свой черед передаст бразды правления детишкам, что играют сейчас во дворе.

Я смотрел на мать, на старую крестьянку с лицом спокойным и суровым, на ее плотно сжатые губы – не лицо, а маска, высеченная из камня. И в нем я узнавал черты сыновей. Их лица – слепок с этой маски. Это тело формовало их тела – отлично вылепленные, крепкие, мужественные. И вот оно лежит, лишенное жизни, но это – безжизненность распавшейся оболочки, из которой извлекли зрелый плод. И в свой черед ее сыновья и дочери из плоти своей слепят новых людей. В крестьянском роду не умирают. Мать умерла, да здравствует мать!

Да, это горько, но так просто и естественно – мерная поступь рода: оставляя на пути одну за другой бренные оболочки поседелых тружеников, постоянно обновляясь, движется он к неведомой истине.

Вот почему в тот вечер в похоронном звоне, плывшем над деревушкой, мне слышалась не скорбь, а затаенная кроткая радость. Колокол, что славил одним и тем же звоном похороны и крестины, вновь возвещал о смене поколений. И тихой умиротворенностью наполняла душу эта песнь во славу обручения старой труженицы с землей.

Так от поколения к поколению передается жизнь – медленно, как растет дерево, – а с нею передается и сознание. Какое поразительное восхождение! Из расплавленной лавы, из того теста, из которого слеплены звезды, из чудом зародившейся живой клетки вышли мы – люди – и поднимались все выше, ступень за ступенью, и вот мы пишем кантаты и измеряем созвездия.

Старая крестьянка передала детям не только жизнь, она их научила родному языку, доверила им богатство, копившееся медленно, веками: духовное наследство, что досталось ей на сохранение – скромный запас преданий, понятий и верований, все, что отличает Ньютона и Шекспира от первобытного дикаря.

Тот голод, что под обстрелом гнал бойцов Испании на урок ботаники, что гнал Мермоза к Южной Атлантике, а иного – к стихам, – это вечное чувство неутоленности возникает потому, что человек в своем развитии далеко еще не достиг вершины и нам надо еще понять самих себя и Вселенную. Надо перебросить мостки во тьме. Этого не признают лишь те, кто мудростью почитает себялюбивое равнодушие; но такая мудрость – жалкий обман. Товарищи, товарищи мои, беру вас в свидетели: какие часы нашей жизни самые счастливые?

Страница 34 из 35

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее