Загрузка...
Планета людей — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Планета людей

Автор Антуан де Сент-Экзюпери
0+3.8k читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
пилотавиацияпутешествиепервый полет

Описание

Книга «Планета людей» Антуана де Сент-Экзюпери представляет собой сочетание автобиографических воспоминаний о первых полётах, историй авиационных первопроходцев, философских размышлений о роли техники и человеке, а также описаний выживания в пустыне и размышлений о смысле жизни и дружбе.

Главный конфликт / проблема

Опасности и неопределённость авиационных полётов и жизни в пустыне, а также поиск смысла в человеческих отношениях

Ключевые идеи

  • Земля как инструмент самопознания через трудности.
  • Важность наставничества и практического опыта в авиации.
  • Преодоление страхов и опасностей через знание маршрута и подготовку.
  • Метафора «черных драконов» как символы природных препятствий.
  • Покорение неизведанных территорий и преодоление природных препятствий
  • Дружба и взаимная поддержка как ключ к выживанию
  • Ответственность перед товарищами и обществом
  • Невозможность заменить дружбу материальными ценностями
  • Машина — лишь орудие, а не цель.
  • Совершенство техники достигается через упрощение и вычитание лишнего.
  • Самолёт как орудие познания, открывающее истинную природу Земли.
  • Прямолинейный полёт освобождает от обманчивых дорог и раскрывает фундамент планеты.

Вывод

Авиация открывает новые горизонты, но истинная ценность кроется в дружбе, ответственности и взаимной поддержке

Кому полезна

  • Любители авиации и путешествий
  • Люди, интересующиеся философией и человеческими отношениями
  • Путешественники и исследователи
  • Журналисты и писатели

Главные темы

  • Путешествия и авиация
  • Дружба и риск
  • Техника как инструмент
  • Планета и человек
  • Выживание в пустыне
  • Внутренний поиск

Персонажи

  • Пилот-Нарратор — Пилот-Нарратор описывает свой опыт, ощущения, мысли и решения, демонстрируя стойкость и внутреннюю борьбу. Он видит самолёт как символ человеческого стремления к совершенству, взаимодействует с военными постами и племенами, помогает освобождённому рабу, отражая мысли о внутренней свободе и истине.
  • Анри Гийоме — Опытный пилот, помогающий молодому летчику понять маршрут и подготовиться к полёту, исчез в Андах, но спасён, рассказывает о выживании и стойкости, понимает важность техники как инструмента.
  • Мермо́з — Французский летчик, открывший авиалинию Касабланка‑Дакар, преодолевший опасности, погибший в Атлантике, оставивший память о дружбе и трудолюбии.
  • Бюри — Опытный летчик, который, несмотря на усталость, улыбается и демонстрирует стойкость.
  • Сержант — Живёт в изоляции в форт‑Нуакшот, ждёт приезда командиров, радуется появлению пилотов. Бывший бухгалтер, чья жизнь изменилась после призыва; переживает внутренний конфликт между привычной жизнью и военной обязанностью.
  • Капитан Боннафу — Вызывает страх у племен, планируется его нападение.
  • Кемаль — Обсуждает планы с Муяном, готовит нападение на Боннафу.
  • Муян — Слушает Кемаля, обсуждает планы.
  • Барк (Мохамед бен‑Лаусин) — Бывший раб, которого герой помогает выкупить и отправить в Марракеш, ощущает внутреннюю пустоту, пока не находит смысл в помощи другим.
  • Андре Прево — Поддерживает пилота, занимается ремонтом самолета и помогает в поиске воды.
  • Начальник — Назначает пилота на рейс и даёт строгие инструкции о безопасности.
  • Лекривэн — Смертельный инцидент в Касабланке, который влияет на настроение автора.

Цитаты

  • «Земля помогает нам понять самих себя, как не помогут никакие книги.»
  • «Неприятности у тебя будут – гроза, туман, снег, – без этого не обойтись.»
  • Нельзя купить дружбу
  • Боль утраты была бы острее, если бы смерть была иной
  • Машина – не цель, он всего лишь орудие.
  • Машина на пределе своего развития – это уже почти не машина.
  • Самолёт – машина, но притом какое орудие познания! Это он открыл нам истинное лицо Земли.
  • Мы живем на планете-страннице. Порой благодаря самолету мы узнаем что-то новое о ее прошлом.
  • Тотчас появились две девушки. Они испытующе оглядели меня, точно судьи, охраняющие запретное царство;
  • – Одиннадцать!

Сводка по автору из Wikidata

1900–1944. Antoine de Saint-Exupéry. французский писатель и лётчик

Читать онлайн

Страница 35 из 35

4

И вот на последних страницах этой книги я опять вспоминаю состарившихся чиновников – наших провожатых на рассвете того дня, когда нам наконец-то впервые доверили почтовый самолет и мы готовились стать людьми. А ведь и они были во всем подобны нам, но они не знали, что голодны.

Слишком много в мире людей, которым никто не помог пробудиться.

Несколько лет назад, во время долгой поездки по железной дороге, мне захотелось осмотреть это государство на колесах, в котором я очутился на трое суток; трое суток некуда было деться от неумолчного перестука и грохота, словно морской прибой перекатывал гальку, и мне не спалось. Около часу ночи я прошел весь поезд из конца в конец. Спальные вагоны пустовали. Пустовали и вагоны первого класса.

А в вагонах третьего класса ютились сотни рабочих-поляков, их выслали из Франции, и они возвращались на родину. В коридорах мне приходилось переступать через спящих. Я остановился и при свете ночников стал присматриваться; вагон был без перегородок, точно казарма, и пахло здесь казармой или полицейским участком, и ходом поезда мотало и подбрасывало сваленные усталостью тела.

Целый народ, погруженный в тяжелый сон, возвращался к горькой нищете. Большие, наголо обритые головы перекатывались на деревянных скамьях. Мужчины, женщины, дети ворочались с боку на бок, словно пытаясь укрыться от непрерывного грохота и тряски, что преследовали их и в забытьи. Даже сон не был им надежным приютом.

Экономические приливы и отливы швыряли их по Европе из края в край, они лишились домика в департаменте Нор, крохотного садика, трех горшков герани, какие я видел когда-то в окнах польских шахтеров, – и мне казалось, они наполовину потеряли человеческий облик. Они захватили с собой лишь кухонную утварь, одеяла да занавески, жалкие пожитки в расползающихся, кое-как стянутых узлах. Пришлось бросить все, что было им дорого, все, к чему они привязались, всех, кого приручили за четыре-пять лет во Франции, – кошку, собаку, герань, – они могли увезти с собой лишь кастрюли да сковородки.

Мать кормила грудью младенца; смертельно усталая, она казалась спящей. Среди бессмыслицы и хаоса этих скитаний передавалась ребенку жизнь. Я посмотрел на отца. Череп тяжелый и голый, как булыжник. Скованное сном в неловкой позе, стиснутое рабочей одеждой бесформенное и неуклюжее тело. Не человек – ком глины. Так по ночам на скамьях рынка грудами тряпья валяются бездомные бродяги. И я подумал: нищета, грязь, уродство – не в этом дело. Но ведь вот этот человек и эта женщина когда-то встретились впервые, и, наверно, он ей улыбнулся и, наверно, после работы принес ей цветы. Быть может, застенчивый и неловкий, он боялся, что над ним посмеются. А ей, уверенной в своем обаянии, из чисто женского кокетства, быть может, приятно было его помучить. И он, превратившийся ныне в машину, только и способную ковать или копать, томился тревогой, от которой сладко сжималось сердце. Непостижимо, как же они оба превратились в комья грязи? Под какой страшный пресс они попали? Что их так исковеркало? Животное и в старости сохраняет изящество. Почему же так изуродована благородная глина, из которой вылеплен человек?

Я шел дальше среди своих попутчиков, спавших тяжелым, беспокойным сном. Храп, стоны, невнятное бормотанье, скрежет грубых башмаков по дереву, когда спящий, пытаясь устроиться поудобнее на жесткой лавке, переворачивается с боку на бок, – все сливалось в глухой, непрестанный шум. А за всем этим – неумолчный рокот, будто перекатывается галька под ударами прибоя.

Сажусь напротив спящей семьи. Между отцом и матерью кое-как примостился малыш. Но вот он поворачивается во сне, и при свете ночника я вижу его лицо. Какое лицо! От этих двоих родился на свет чудесный золотой плод. Эти бесформенные тяжелые кули породили чудо изящества и обаяния. Я смотрел на гладкий лоб, на пухлые нежные губы и думал: вот лицо музыканта, вот маленький Моцарт, он весь – обещание! Он совсем как маленький принц из сказки, ему бы расти, согретому неусыпной разумной заботой, и он бы оправдал самые смелые надежды! Когда в саду, после долгих поисков, выведут наконец новую розу, все садовники приходят в волнение. Розу отделяют от других, о ней неусыпно заботятся, холят ее и лелеют. Но люди растут без садовника. Маленький Моцарт, как и все, попадет под тот же чудовищный пресс. И станет наслаждаться гнусной музыкой низкопробных кабаков. Моцарт обречен.

Я вернулся в свой вагон. Я говорил себе: эти люди не страдают от своей судьбы. И не сострадание меня мучит. Не в том дело, чтобы проливать слезы над вечно незаживающей язвой. Те, кто ею поражен, ее не чувствуют. Язва поразила не отдельного человека, она разъедает человечество. И не верю я в жалость. Меня мучит забота садовника. Меня мучит не вид нищеты, – в конце концов люди свыкаются с нищетой, как свыкаются с бездельем. На Востоке многие поколения живут в грязи и отнюдь не чувствуют себя несчастными. Того, что меня мучит, не излечить бесплатным супом для бедняков. Мучительно не уродство этой бесформенной, измятой человеческой глины. Но в каждом из этих людей, быть может, убит Моцарт.

Один лишь Дух, коснувшись глины, творит из нее Человека.

Страница 35 из 35

Назад13435Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее