Загрузка...
Назад в библиотеку
Хроника времен Карла IX — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Хроника времен Карла IX

Автор Проспер Мериме
16+701 читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Язык книгиru
Возрастное ограничение16+
Жанры
классическая проза
Темы
Варфоломеевская ночьстолетие XVIпротестантыгугенотыКарл IXпарижисторияроманполитикарелигия

Описание

Книга «Хроника времен Карла IX» сочетает исторический анализ Варфоломеевской ночи с повествованием о молодом гугеноте Бернаре де Мержи, его личных испытаниях, дуэлях, магических встречах и участии в политических интригах, раскрывая сложные взаимоотношения между католиками и протестантами в XVI‑вековой Франции.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между католиками и протестантами, сопровождающийся политическими интригами, личной честью и борьбой за власть в XVI‑вековой Франции.

Ключевые идеи

  • Исторический анализ Варфоломеевской ночи
  • Сравнение нравов XVI века и современности
  • Проблема предвзятости историков
  • Мнение автора о преднамеренности убийства
  • Методика использования аутентичных мемуаров
  • Рейтары как грозные, но полезные союзники протестантов
  • Религиозный конфликт между католиками и гугенотами проявляется в бытовых и военных столкновениях
  • Дружба и взаимопомощь среди рейтаров и протестантского дворянства
  • Проблемы доверия и обмана в условиях войны
  • Религиозные разногласия и их влияние на семейные отношения.
  • Культура дуэлей и придворных интриг в 16‑веке.
  • Стремление молодёжи к службе и признанию в высших кругах.

Вывод

Книга приводит к выводу, что исторические события, такие как Варфоломеевская ночь, имеют многослойные причины и последствия, а личные решения и убеждения отдельных людей могут усиливать или смягчать общественные конфликты, подчёркивая важность контекста и многогранности исторического анализа.

Кому полезна

  • Историки и студенты истории Франции
  • Читатели исторической прозы и художественной литературы
  • Люди, интересующиеся религиозными конфликтами и их влиянием на общество
  • Любители дуэлей и исследований личной чести

Главные темы

  • Варфоломеевская ночь и её исторический контекст
  • Религиозные конфликты и личные убеждения
  • Политические интриги и роль Карла IX
  • Дуэли и нормы чести в придворной жизни
  • Магические практики и тайные встречи

Персонажи

  • Мержи — Мержи — молодой гугенот, отдалённый от семьи из‑за смены религии, стремится к признанию в придворной жизни. Он честен, но неопытен в дуэлях, защищает честь, ищет испанскую даму, проявляет смелость и любопытство, но остаётся в тени интриг. Переходит от мирной жизни к военной службе после встречи с адмиралом, остаётся скептичен к католическим обрядам, участвует в процессиях, прикасается к святой воде, но остаётся верным протестантским убеждениям.
  • Графиня де Тюржи — Графиня де Тюржи — элегантная и уверенная, её перчатка становится символом оскорбления. Считанная идеальной дамой, но в итоге оказывается обманщицей. Смеётся над Мержи, раскрывает письмо, участвует в политических играх. Стремится убедить Мержи в необходимости обращения к католицизму, использует символы веры и эмоциональные аргументы. Пытается убедить Мержи остаться с ней, несмотря на угрозы и религиозные разногласия.
  • Жорж — Жорж — капитан, который рассказывает о своей службе, конфликте с принцем Конде и переходе к католицизму. Служит королю, обеспокоен честью, получает приказ. Ставит на кон десять пистолетов, чтобы спровоцировать проповедь. Опытный и дружелюбный, помогает Мержи в организации дуэли. Сдержанный и решительный, но в итоге под давлением отказывается от участия в убийствах.
  • Карл IX — Карл IX — главный политический деятель, чьи действия и решения рассматриваются как возможный фактор избиения протестантов. Обсуждает честь, охоту и месть, принимает решения о действиях. Его роль в Варфоломеевской ночи оценивается как неэффективная и, скорее всего, не была заранее подготовлена; массовое избиение возникло как реакция народа, а не как результат королевского приказа.
  • Адмирал Колиньи — Адмирал Колиньи предлагает Мержи службу в своей армии и передает письмо от короля. Роль в предполагаемом плане избиения и в конфликте с протестантами. Обсуждает судьбу Мержи, пытается манипулировать им. Ведёт Мержи к военной службе, передаёт ему письмо с пророчеством о кровавом свете на западе.
  • Адмирал Гиз — Адмирал Гиз — участник предполагаемого плана избиения, обвиняемый в покушении на адмирала. Считается угрозой для чести, обсуждается месть. Его действия влияют на напряжённость политических интриг и личных конфликтов.
  • Коменж — Коменж встречается с Мержи в церкви, вызывает у него чувство опасения. Саркастичный, уверенный в себе, оскорбил Мержи, забрав перчатку графини. Ведёт дуэль, оставив Мержи раненым, но в итоге погибает.
  • Папа Григорий XIII — Папа Григорий XIII благословил массовое убийство протестантов в Париже. Его решение стало катализатором Варфоломеевской ночи, однако автор считает, что массовое избиение возникло как реакция народа, а не как результат королевского приказа.
  • Морвель — Морвель убеждён в заговоре гугенотов, пытается убедить капитана участвовать в ночном убийстве. Его убеждения усиливают напряжённость политических интриг и личных конфликтов.
  • Сержант — Сержант — опытный солдат, задающий вопросы капитану и пытающийся убедить его в необходимости кормить лошадей. Внутренний конфликт между службой и личными убеждениями проявляется в его действиях.
  • Дитрих Горнштейн — Дитрих Горнштейн — высокий, полный, нос орлиный, носит венгерскую кожу, известен своей боевой доблестью и дружелюбием к протестантам. Группа немецких рейтаров, прибывших из Парижа, укрывается в гостинице «Золотой лев» в Орлеане.
  • Бернардо — Бернардо помогает Мержи в ночных поисках, осторожен к стеклу, участвует в событиях Варфоломеевской ночи, но не является центральным персонажем.

Цитаты

  • Варфоломеевская ночь была даже для своего времени большим преступлением; но, повторяю, массовое избиение в XVI веке совсем не такое же преступление, как избиение в XIX столетии.
  • Я хочу напомнить об одной лишь истории, которая приводится везде и которая доказывает, с какой легкостью доверяют самым невероятным слухам.
  • «Больше двухсот лет тому назад, а именно — в 1572 году, здание это, как и теперь, служило приютом для жаждущих путников; но тогда у него была совсем другая внешность.»
  • «Капитан, вы, конечно, бывали в Гамельне»
  • Паписты! Гугеноты! С обеих сторон суеверие!
  • Лаус део, пацивис, салутем дефунтис…
  • Сатана, после ретировки, делает большой выпад посредством Гнева…
  • Небо на западе озарено кровавым светом.
  • «Вы вели себя по отношению ко мне нагло, и я желаю получить от вас удовлетворение.»
  • «Пусть приблизятся дамы! — сказал король, вонзая свой нож оленю в бок, и повернул лезвие в ране, чтобы расширить ее.»

Сводка по автору из Wikidata

1803–1870. Prosper Mérimée. французский писатель и переводчик

Читать онлайн

Страница 3 из 57

Колиньи трижды договаривался со своим государем, как равноправная власть с другой властью; одно это уже могло возбудить ненависть. По смерти Жанны д'Альбре{17} оба юных принца — и король Наваррский{18}, и принц де Конде{19} — были слишком молоды, так что на деле Колиньи единолично возглавлял реформатскую партию. После его смерти принцы, находясь посреди враждебного лагеря, оказались как бы пленниками и зависели от благоусмотрения короля. Итак, смерть Колиньи, и только одного Колиньи, была важна для укрепления власти Карла IX, который, быть может, не забыл изречения герцога Альбы{20}: «Одна голова семги стоит больше, чем десять тысяч лягушек».

Но если бы одним ударом король освобождался и от адмирала, и от герцога Гиза, — очевидно, он становился бы неограниченным владыкой.

Он должен был бы предпринять следующее, а именно: поручить или по крайней мере приписать убийство адмирала герцогу Гизу, потом начать преследование против этого принца, как против убийцы, объявив, что он готов выдать его с головой гугенотам. Известно, что герцог Гиз, виновный или нет в покушении Морвеля, со всей поспешностью покинул Париж и реформаты, которым король для видимости покровительствовал, разразились угрозами против принцев Лотарингского дома{21}.

Парижский народ в эту эпоху был до крайности фанатичен. Горожане, организованные на военный лад, образовали нечто вроде национальной гвардии и могли при первом ударе набата выступить в бой. Насколько герцог Гиз был любим парижанами в память об отце{22} и по собственным заслугам, настолько гугеноты, дважды осаждавшие их{23}, были им ненавистны. Известная милость, которой эти последние пользовались при дворе, когда одна из сестер короля вышла замуж за единоверного им принца{24}, удвоила их заносчивость и ненависть против них врагов. Одним словом, достаточно было бы стать кому-нибудь во главе этих фанатиков и крикнуть «Бей!», чтобы они бросились резать своих еретических соотечественников.

Удаленный от двора, находясь в опасности и со стороны короля, и со стороны принцев, герцог принужден был опереться на народ. Он собирает начальников городской гвардии, говорит, что еретики составили заговор, убеждает истребить их, пока они не привели своих замыслов в исполнение, — и только после этого появляется мысль о резне. Таинственность, сопровождавшая заговор, и то обстоятельство, что такое большое количество людей так хорошо сохранило секрет, объясняются тем, что между замыслом и исполнением протекло всего несколько часов. Странно, если бы было иначе, так как в Париже интимные признания идут быстрым ходом[7].

Трудно определить, какое участие принимал король в этом избиении: если он его не одобрил — во всяком случае, он его допустил. Через два дня после убийств и насилия он ото всего отперся и захотел остановить бойню[8], но народной ярости была дана свобода, и небольшое количество крови не в силах было ее успокоить. Она нуждалась в шестидесяти тысячах жертв. Монарх принужден был отдаться течению, которое влекло его за собой. Он отменил приказ о помиловании и вскоре издал другой, распространивший убийство по всей Франции.

Таково мое мнение о Варфоломеевской ночи, и, предлагая его вниманию читателя, я повторю вместе с лордом Байроном:

«I only say, suppose this supposition».

D. Juan, canto I, st. LXXXV.

1829 г.

I. Рейтары{25}

The black bands came over The Alps and their snow, With Bourbon the rover They passed the broad Po. Отряд по обвалам Альпийским прошел, С Бурбоном удалым Он По перешел.

Байрон. Преображенный урод{26}

Недалеко от Этампа, если ехать в сторону Парижа, еще и поныне можно видеть большое квадратное здание со стрельчатыми окнами, украшенное несколькими грубыми изваяниями. Над входом находится ниша, где в прежние времена стояла Мадонна из камня; но во время революции ее постигла та же участь, что и многих святых обоего пола, — она торжественно была разбита на куски председателем революционного клуба в Ларси. Впоследствии на ее место поставили другую Деву Марию, правда из гипса, но имеющую благодаря шелковым лоскуткам и стеклянным бусам довольно хороший вид и придающую почтенную внешность кабачку Клода Жиро.

Больше двухсот лет тому назад, а именно — в 1572 году, здание это, как и теперь, служило приютом для жаждущих путников; но тогда у него была совсем другая внешность. Стены были покрыты надписями, свидетельствовавшими о различных этапах гражданской войны. Рядом со словами: «Да здравствует принц!»[ 9] — можно было прочитать: «Да здравствует герцог Гиз! Смерть гугенотам!» Немного далее какой-то солдат нарисовал углем виселицу с повешенным и, дабы не было ошибки, внизу прибавил надпись: «Гаспар де Шатильон»{27}. Но, по-видимому, спустя некоторое время местностью овладели протестанты, так как имя их вождя было стерто и заменено именем герцога Гиза. Другие надписи, полустертые, которые довольно трудно было разобрать и еще труднее передать в приличных выражениях, доказывали, что короля и его мать щадили не более, чем вождей партии. Но больше всех пострадала, казалось, от гражданских и религиозных расправ несчастная Мадонна. Местах в двадцати на статуе были следы от пуль, свидетельствующие, как ревностно гугенотские солдаты старались разрушить то, что они называли «языческими идолами». Если каждый набожный католик снимал почтительно головной убор, проходя мимо статуи, то каждый протестантский всадник считал долгом выстрелить в нее из аркебузы и, попав, чувствовал такое же удовлетворение, как если бы сразил апокалиптического зверя и ниспроверг язычество.

В течение уже нескольких месяцев между враждующими разноверцами был заключен мирный договор; но клятвы были произнесены устами, а не сердцем. Враждебность между обеими партиями продолжала существовать с прежней непримиримостью. Все говорило, что война едва прекратилась, все возвещало, что мир не может быть длителен.

Гостиница «Золотого льва» была наполнена солдатами. По иностранному выговору, по странной одежде в них можно было признать немецких конников, так называемых рейтаров[10], которые являлись предлагать свои услуги протестантской партии, особенно когда та была в состоянии хорошо их оплачивать. Если ловкость этих чужеземцев в управлении лошадьми и их искусство в обращении с огнестрельным оружием делали их грозными в час сражения, то, с другой стороны, они пользовались славой, может быть еще более заслуженной, отчаянных грабителей и беспощадных победителей. Отряд, расположившийся в гостинице, состоял из полусотни конных; они выехали из Парижа накануне и направлялись в Орлеан, чтобы остаться там гарнизоном.

Страница 3 из 57

Назад1234…57Далее

Вам также может понравиться

Триумфальная арка — обложка книги

Триумфальная арка

Эрих Мария Ремарк

Маленький принц — обложка книги

Маленький принц

Антуан де Сент-Экзюпери

Скотный двор — обложка книги

Скотный двор

Джордж Оруэлл

Искра жизни — обложка книги

Искра жизни

Эрих Мария Ремарк

Три товарища — обложка книги

Три товарища

Эрих Мария Ремарк

Камо грядеши — обложка книги

Камо грядеши

Генрик Сенкевич

Острие бритвы — обложка книги

Острие бритвы

Сомерсет Моэм

Звезды смотрят вниз — обложка книги

Звезды смотрят вниз

Арчибальд Джозеф Кронин

Гордость и предубеждение — обложка книги

Гордость и предубеждение

Джейн Остин

Отверженные — обложка книги

Отверженные

Виктор Мари Гюго

Возвращение — обложка книги

Возвращение

Эрих Мария Ремарк

Жизнь взаймы — обложка книги

Жизнь взаймы

Эрих Мария Ремарк

Страница 1 из 407

Назад12…407Далее