Читать бесплатно онлайн

Мечта

Автор Эмиль Золя

0+1957

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Дата написания1887-12-31

Язык книгиru

Язык оригиналаfr

СерияРугон-Маккары, 16

Возрастное ограничение0+

Жанры

зарубежная классика зарубежная старинная литература классическая проза литература 19 века

Описание

В книге «Мечта» описывается судьба девочки Анжелики, оказавшейся в бедственном положении, которую спасает семья мастеров церковных облачений. В её жизни переплетаются ремесло, вера и романтические чувства к юному мастеру Фелисьену, а также социальные ограничения, которые ставят под угрозу её мечту о счастье. История разворачивается в атмосфере 19‑вековой Франции, где семейные узы и церковные институты играют решающую роль.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными желаниями Анжелики и социальными/семейными ограничениями, которые ставят под угрозу её мечту о счастье

Ключевые идеи

Уязвимость и поиск убежища в суровой зиме.
Роль семьи Гюберов как спасителя и воспитателя.
Погружение в ремесло как способ самовыражения
Мечты и страхи молодого человека
Влияние истории и легенд на современное восприятие
Семейные отношения как поддержка и критика
Чувство вины и сомнения в отношении к любви
Влияние веры и искусства на личные решения
Путь от страха к открытию чувств
Любовь как сила, способная преодолевать социальные барьеры
Конфликт между личными желаниями и семейными/социальными обязанностями
Роль веры и духовных институтов в судьбе молодых людей

Вывод

Книга показывает, что любовь может преодолеть трудности, но иногда цена слишком высока, и судьба может обернуться трагедией, подчёркивая важность веры, семейных ценностей и смелости следовать своим мечтам.

Кому полезна

Люди, интересующиеся историей 19‑вековой Франции
Читатели, ценящие семейные и духовные ценности
Те, кто ищет вдохновение в традиционных ремеслах

Главные темы

Бедность и спасение
Любовь и социальные ограничения
Ремесло и вера

Персонажи

Анжелика — Талантливый и мечтательный ребёнок, стремится к богатству и принцу, но одновременно чувствует страх и сомнения. Молодая женщина, переживающая чувство вины за отношения с юношей, но в процессе работы над митрой открывает свои истинные чувства. Бледная, слабая, но сильная в духе. Стремится к свободе и счастью, но боится неизвестности.
Фелисьен — Помогает Анжелике с бельём, обсуждает витраж, вызывает у неё чувства и страхи. Молодой человек, который хочет, чтобы Анжелика создала митру для процессии, влюбляется в неё, но скрывает свои чувства. Творческий, но ограниченный социальными обязанностями, готовый к любви. Торжественный, но эмоциональный, пытается убедить Анжелику в необходимости бежать.
Гюбер — Мастер церковных облачений, который принимает девочку в дом и участвует в оформлении опеки. Работает в мастерской, поддерживает дочь, но иногда недоумевает её мечты.
Гюбертина — Женщина, которая замечает девочку, приглашает её в дом и заботится о ней. Вышивальщица, наставница, пытается удержать дочь от чрезмерных желаний. Сохраняет традиции, защищает дочь от неблагоприятных обстоятельств.
Монсеньор — Владелец решения о браке, держит власть над судьбами. Проводит крещение, помазание и венчание, символизируя духовную поддержку.
Отец Корни — Служит в церкви, участвует в обрядах и поддерживает веру.

Цитаты

Снег пошел с самого утра, к вечеру он еще усилился и всю ночь падал сплошной стеной.
Она подняла голову. Во втором этаже дома, примыкавшего к самому собору, справа от нее, распахнулось окно.
"Отец, у меня нет золота."
"Я хочу выйти замуж за принца…"
Я люблю вас
Я тебя люблю
"Мы поженимся!"
"О, монсеньор, я пришла, чтобы вы могли взглянуть на меня…"
«Я люблю вас, дорогая, бесценная…»
«Я не могу, я уже не могу!»

Сводка по автору из Wikidata

1840–1902. Émile Zola. французский писатель, публицист и политический деятель. (1840–1902)

Читать онлайн

Страница 56 из 57

Анжелика хотела, чтобы ее венчал добрый отец Корниль. Видя, как он в сопровождении двух причетников выходит вперед в своем стихаре с белой звездою, она улыбнулась. Сбылась наконец ее мечта, она сочеталась наконец с богатством, красотой и мощью превыше всех надежд. Церковь пела всеми трубами органа, сияла всеми свечами, жила жизнью всей толпы верующих и духовенства. Никогда еще этот древний ковчег не сверкал таким величественным торжеством; он словно разросся, раздался в своем благолепии от великого счастья. И Анжелика улыбалась среди этой радости, — улыбалась, чуя в себе смерть и торжествуя победу. Входя в собор, она взглянула на капеллу Откэров, где спали вечным сном Лауретта и Бальбина — Счастливые покойницы, унесенные из мира в расцвете молодости и блаженства любви. В этот последний час она достигла совершенства, она победила свою страсть, очистилась, обновилась, в ней не осталось даже гордости победы, — она примирилась со своим собственным уничтожением в ликующем гимне своего друга — собора. И колени она преклонила как смиренная и покорная раба, до конца освобожденная от первородного греха и счастливая своим самоотречением.

Сойдя с амвона, отец Корниль дружеским тоном прочел поучение. Он приводил в пример брачующимся брак Иисуса Христа с церковью, говорил о будущем, о долгой жизни в лоне веры, о детях, которых надо будет воспитать христианами; и перед лицом этих надежд Анжелика опять улыбнулась, а Фелисьен, стоя бок о бок с нею, трепетал при мысли о счастье, теперь уже казавшемся ему верным. Потом начались обрядные вопросы и ответы, связывающие двух людей на всю жизнь. Анжелика произнесла «да» взволнованно, от глубины души, Фелисьен — громко и серьезно, с большой нежностью. Свершилось невозвратимое. Священник соединил правые руки брачующихся, пробормотав формулу: «Ego conjungo vos in matrimonium in nomine Patris, et Filii, et Spiritus sancti». Оставалось благословить кольцо — символ нерушимой верности и вечной связи. Этот обряд немного затянулся. Священник крестообразно двигал кропильницей в серебряной чаше над золотым кольцом. «Benedic, Domine, annulum hunc».[ 18] И вот он отдал это кольцо новобрачному, свидетельствуя, что церковь замыкает его сердце своею печатью, чтобы более уже не вошла в него ни одна женщина, а муж надел его на палец жене, давая ей понять, что отныне и навеки он будет для нее единственным в свете мужчиной. То было тесное и вечное соединение, — для жены знак зависимости, для мужа — постоянное напоминание о принесенной клятве, то было и обетование долгих годов общей жизни; золотой кружок сковал обоих до могилы. И пока священник, закончив последние молитвы, еще раз наставлял новобрачных, Анжелика все улыбалась своей ясной улыбкой самоотречения: она знала.

И весело загремел орган вслед уходящему с причетниками отцу Корнилю. Величественно-неподвижный монсеньор ласково взирал на юную чету орлиными глазами. Гюберы, не вставая с колен, глядели вверх, ослепленные слезами радости. Величественная музыкальная фраза органа прокатилась по собору и разрешилась градом высоких частых звуков, рассыпавшихся под сводами, подобно утренней песне жаворонка. Толпа верующих, теснившихся в нефе и приделах, дрогнула, по ней пронесся умиленный шепот. Убранная цветами, вся в огнях, церковь гремела ликованием священного обряда.

Еще два часа продолжалось торжество, — пели мессу с воскурениями. Вышел священник в белом нарамнике, а за ним церемониарий, два кадилоносца — один с кадилом, другой с сосудом для ладана, — и два сослужителя с горящими свечами в больших золотых подсвечниках. Присутствие монсеньора усложняло служение, вводило лишние поклоны, лишние целования. От нагибаний и коленопреклонений ежеминутно развевались полы стихарей. То вдруг весь капитул вставал со своих старых разукрашенных резьбой скамей, то клир, заполнявший абсиды, простирался на полу, словно повергнутый дыханием небес. Священник пел в алтаре, а когда он умолкал и садился, хор подхватывал мелодию. Сурово звучали басы, и высоко разносилось легкое, воздушное, как архангельские флейты, пение детей. Но вот раздался прекрасный, чистый голос, девичий голос, ласкающий слух, — как говорили, голос самой мадмуазель Клер де Вуанкур, которая захотела петь на этой чудесной свадьбе. Аккомпанирующий орган как будто вздохнул глубоким вздохом умиления, в его гуле слышалась ясность доброй и счастливой души. Время от времени музыка прерывалась внезапными паузами, а потом вновь гремели мощные раскаты органа, и церемониарий вел за собою сослужителей с подсвечниками, подводил кадилоносцев к священнику, а тот благословлял ладан в сосудах. И каждую минуту, сверкнув в воздухе, взлетали кадила на звенящих серебром цепях. Весь собор синел благовонным дымом: окуривали епископа, духовенство, алтарь, евангелие — всех людей и все вещи, вплоть до сгрудившейся толпы народа. На долю каждого приходилось по три взмаха кадила: один направо, один налево, один вперед.

А между тем Анжелика и Фелисьен на коленях набожно слушали мессу — это таинственное свершение брака Христова с церковью. У каждого была в руках горящая свеча, символ девственности, сохраняемой с самого крещения. После молитвы господней новобрачные в знак покорности, стыдливости и смирения слушали под фатою, как священник, стоя по правую сторону алтаря, читал положенные молитвы. В руках у них все еще пылали свечи, напоминая им, что всегда, даже в радостях благочестивого брака, надо думать о смерти. Потом все кончилось, евхаристия совершилась, и священник скрылся, сопровождаемый церемониарием, кадилоносцами и сослужителями, но прежде помолился богу за новобрачных, чтобы они видели, как дети их плодятся и множатся до третьего и четвертого колена.

И тогда возликовал весь собор. Орган заиграл триумфальный марш, сотрясая древние стены громовыми раскатами музыки. Трепетная толпа поднялась со скамей, и каждый вытягивался на цыпочках, желая видеть новобрачных; женщины становились на сиденья, и до самой глубины темных боковых часовен теснились ряды голов; все уста улыбались, все сердца бились. Бесчисленные свечи ярче запылали при этом последнем прощании, огоньки их тянулись кверху, и высокие своды мерцали под отсветами. Среди цветов и зелени, среди роскошных орнаментов и разукрашенных священных сосудов раздался последний возглас клира. И вдруг под самым органом распахнулись настежь главные врата и в темной стене открылась полоса яркого дневного света. Там, за вратами, было прозрачное апрельское утро, живое весеннее солнце, веселые белые домики Соборной площади; и там новобрачных ждала новая, еще более многочисленная толпа, ждала с еще большей нетерпеливой радостью, уже готовая разразиться жестами и криками. Пламя свечей побледнело, гром органа покрыл уличный шум.

Страница 56 из 57

Назад 1…55 56 57 Далее