Загрузка...
Повесть о приключениях Артура Гордона Пима — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Повесть о приключениях Артура Гордона Пима

Автор Эдгар Аллан По
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
приключенияморские путешествиядневниккораблекрушениевыживаниеПимПутешествие

Описание

Книга повествует о возвращении автора из Южного океана, его сомнениях и публикации приключений, морских испытаниях, выживании после кораблекрушения и исследовании подземных галерей, а также содержит справочный материал о мореплавателях XIX века.

Главный конфликт / проблема

Борьба за выживание в море и на суше, противостояние с мятежниками, дикарями и природными катаклизмами

Ключевые идеи

  • Сомнения автора в возможности достоверно воспроизвести события без дневника.
  • Влияние мистера По и «Южного литературного вестника» на решение автора о публикации.
  • Жажда морских приключений и влияние дружбы с Августом
  • Опасность и риск, связанные с юношескими безрассудными поступками
  • Спасение и роль случайных обстоятельств в судьбе героя
  • Семейные и финансовые препятствия, формирующие решимость
  • Неправильная укладка груза может привести к катастрофе во время штормов
  • Внутренний бунт и попытка захвата судна могут превратиться в кровавую битву
  • Выживание в море требует принятия трудных решений и жертв
  • Нехватка питьевой воды и её загрязнение – главный фактор выживания
  • Опасность акул, которые охраняют бриг и мешают спасению
  • Переворот судна как критический инцидент, требующий быстрой реакции

Вывод

Книга демонстрирует стойкость человека, важность честности в повествовании и необходимость преодолевать трудности, чтобы сохранить жизнь и память

Кому полезна

  • Любители морских приключений
  • Историки и исследователи мореплавания
  • Читатели, интересующиеся выживанием и историей

Главные темы

  • Морские приключения
  • Выживание в экстремальных условиях
  • Исторический контекст мореплавания
  • Достоверность повествования

Персонажи

  • Артур Гордон Пим — Автор, который возвращается из Южного океана и сомневается в возможности достоверно изложить свои приключения. С ранних лет мечтает о морских приключениях, вдохновлённый рассказами Августа. Становится смелым и решительным, но иногда безрассудным. Опытный моряк, переживший переворот судна и спасение от акул, первый человек, который переживает обвал, строит убежище, исследует шахты и спускается в пропасть.
  • Мистер По — Стимулирует автора к публикации, предлагает написать рассказ как вымышленную повесть и сам оформляет его.
  • Август Барнард — Опытный китобой, часто рассказывает о своих путешествиях, вдохновляет Артура на морские приключения.
  • Капитан Э.-Т.-В. Блок — Решительный капитан, который спас Артура и Августа, несмотря на опасность столкновения.
  • Капитан Гай — Спасает экипаж, предоставляет воду и провизию.
  • Петерс — Лидер попытки захвата судна, использует шторм как прикрытие. Смелый и изобретательный спутник, который создает ступени из камней и спасает автора от падения.
  • Тигр — Сильный и решительный, помогает в борьбе с mutineers.
  • Кок — Участвует в планировании захвата брига, но погибает в бою.
  • Ту‑Уит — Наблюдает за битвой, после победы убегает за добычей.
  • Ну-Ну — Пленник, который позже помогает в плавании и рассказывает о культуре острова.

Цитаты

  • Несколько месяцев тому назад, по возвращении в Соединенные Штаты после ряда удивительнейших приключений в Южном океане, изложение которых предлагается ниже, обстоятельства свели меня с несколькими джентльменами из Ричмонда, штат Виргиния, каковые обнаружили глубокий интерес ко всему, что касалось мест, где я побывал, и посчитали моим непременным долгом опубликовать мой рассказ.
  • После этого expоse[2] всякий увидит, сколь велика та доля нижеизложенного, которая принадлежит мне; необходимо также еще раз оговорить, что ни единый факт не подвергся искажению на нескольких первых страницах, которые написаны мистером По.
  • "Я тоже готов, чтобы развлечься, как и какой-то там Август Барнард из Нантакета."
  • "Пишу кровью… Хочешь жить, не выходи из убежища."
  • Петерс предложил следующее: он выйдет на палубу, вступит в разговор с вахтенным, Алленом, и, улучив момент, без особого труда и не вызывая переполоха, сбросит его за борт.
  • Бриг превратился в обыкновенное бревно, словно пущенное по воле волн.
  • Вода в кувшине совершенно непригодна для питья, она превратилась в густую студенистую массу, кишащую отвратительными червями.
  • Мы увидели парус, и после долгих сигналов, встречаем топсельную шхуну «Джейн Гай» из Ливерпуля, которая спасает нас.
  • Ничто уже не могло противостоять слепой ярости дикарей.
  • Текели‑ли! Текели‑ли!

Сводка по автору из Wikidata

1809–1849. Edgar Allan Poe. американский писатель, поэт, литературный критик и редактор (1809—1849)

Читать онлайн

Страница 3 из 52

Трудно представить меру моего ужаса. Винные пары успели улетучиться, я чувствовал себя вдвойне нерешительным и беспомощным. Я понимал, что не справлюсь с лодкой, что яростный ветер и сильный отлив гонят нас навстречу гибели. Где-то позади собирался шторм, у нас не было ни компаса, ни пищи, и я знал, что если не изменить курс, то еще до рассвета мы потеряем землю из виду. Эти мысли наряду с массой других, столь же пугающих, с поразительной быстротой промелькнули у меня в сознании и на несколько мгновений парализовали мою волю к действию.

Наша лодка, то и дело зарываясь носом в кипящую пену, летела с чудовищной скоростью, полным ветром — ни на стакселе, ни на гроте рифы не были взяты. Чудо из чудес, что волны не проломили борта, — ведь Август, как уже говорилось, бросил румпель, а я сам был настолько взволнован, что мне не пришло в голову сесть к рулю. К счастью, лодка продолжала идти прямо, и постепенно я в какой-то мере обрел присутствие духа. Ветер угрожающе крепчал, и всякий раз, когда нас возносило на гребень, волны разбивались о подзор кормы и обдавали нас водой. Но я почти ничего не ощущал: все члены моего тела словно одеревенели. Наконец я собрал последние силы и, с отчаянной решимостью кинувшись вперед, сорвал грот. Как и следовало ожидать, парус перекинуло ветром через нос, он намок в воде и потащил за собой мачту, которая, сломавшись, обрушилась в воду, едва не повредив борт. Только благодаря этому происшествию я избежал неминуемой гибели. Оставшись под одним стакселем, лодка продолжала нестись по ветру, то и дело захлестываемая тяжелыми волнами, но непосредственная угроза все-таки миновала. Я взял руль и вздохнул свободнее, видя, что у нас еще есть какая-то возможность в конце концов спастись. Август по-прежнему лежал без чувств на дне лодки, и я начал опасаться, что он захлебнется (в том месте, где он упал, воды набралось почти на целый фут). Я ухитрился приподнять товарища и, обвязав вокруг его пояса веревку, которую прикрепил к рым-болту на палубе, оставил в сидячем положении. Сделав, таким образом, все, что мог, дрожа от волнения, я целиком вверил себя всевышнему и, собравшись с силами, решил достойно встретить любую опасность.

Едва я пришел к этому решению, как вдруг неистовый протяжный вопль, словно взревела тьма демонов, наполнил воздух. Никогда, покуда я жив, мне не забыть сильнейшего приступа ужаса, что овладел мною в тот миг. Волосы у меня встали дыбом, кровь застыла в жилах. Сердце остановилось, и, не поднимая глаз, так и не узнав причины катастрофы, я покачнулся и упал без сознания на тело моего неподвижного спутника.

Очнувшись, я обнаружил, что нахожусь в каюте большого китобойного судна «Пингвин», держащего курс на Нантакет. Около меня стояло несколько человек, а бледный, как смерть, Август усердно растирал мне руки. Возгласы благодарения и радости, которые он издал, увидя, что я открыл глаза, вызвали улыбки облегчения и слезы на суровых лицах присутствующих. Вскоре разъяснилась и загадка того, как мы остались живы. На нас наскочило китобойное судно, которое, держась круто к ветру, направлялось к Нантакету на всех парусах, какие только рискнули поднять, и, следовательно, гало почти под прямым углом к нашему курсу. На вахте было несколько впередсмотрящих, но они не замечали нашу лодку до того мгновения, когда избежать столкновения было ужо невозможно, — крики, которыми они пытались предупредить нас, завидев лодку, и повергли меня в ужас. Огромный корабль, как мне рассказывали, подмял нас с такой же легкостью, с какой наше утлое суденышко переехало бы соломинку, и без малейшего, хоть сколько-нибудь заметного замедления хода. Ни единого возгласа не донеслось с лодки, терпевшей крушение, был слышен лишь слабый, заглушаемый ревом ветра и волн, скребущий звук, пока нашу хрупкую скорлупу, которую уже поглотила вода, не протащило вдоль киля наскочившего на нас китобоя, и это все.

Приняв нашу лодку за какую-то брошенную за бесполезностью посудину (напомню, что у нас сорвало мачту), командир корабля (капитан Э.-Т.-В.Блок из Нью-Лондона) решил не обращать внимания на происшествие и следовать своим курсом. К счастью, двое из стоявших на вахте побожились, что у руля определенно кто-то находился и что человека можно еще спасти. Вспыхнул спор, Блок вышел из себя и заявил, что «только у него и дел, чтобы заботиться о какой-то яичной скорлупе, что он не станет поворачивать корабль из-за всякой чепухи, что если там человек, то в этом нет ничьей вины, кроме его собственной, — он может идти ко дну и будь он проклят» или что-то в этом роде. В спор вступил Хендерсон, первый помощник капитана, справедливо возмущенный, как и вся остальная команда, его словами, выдающими крайнее бессердечие и жестокость. Видя поддержку матросов, он решительно сказал капитану, что тот заслуживает виселицы и что он не подчинится его распоряжениям, даже если его повесят, едва он ступит на сушу. Оттолкнув Блока в сторону (который побледнел, но не сказал ни слова), он зашагал к корме и, схватившись за штурвал, твердым голосом крикнул: «К повороту!» Матросы кинулись по своим местам, и судно совершило искусный поворот. Маневр занял почти пять минут, и трудно было предположить, что можно успеть прийти кому-то на выручку, если вообще в лодке кто-то был. И все-таки, как уже знает читатель, Август и я были спасены; мы избавились от смерти благодаря почти непостижимой двойной удаче, которую мудрые и благочестивые люди приписывают особому вмешательству провидения.

Пока судно еще не забрало ветер, помощник капитана приказал спустить ял и спрыгнул в него с двумя матросами, теми самыми, как я понимаю, которые утверждали, что видели меня у руля. Едва они отгребли от кормы, — луна сияла по-прежнему ярко, — как судно сильно накренило под ветер, и в тот же миг Хендерсон, привстав с кормового сиденья, закричал гребцам, чтобы те табанили. Он ничего не объяснял, только нетерпеливо повторял: «Табань! Табань!» Люди принялись грести изо всех сил в обратную сторону, но к этому времени судно уже завершило поворот и устремилось вперед, хотя команда на борту прилагала все усилия, чтобы убрать паруса.

Как только ял поравнялся с грот-мачтой, помощник капитана, презирая опасность, ухватился за ван-путенсы на борту судна. Тут судно опять резко накренилось, обнажив правый борт почти до киля, тогда-то и стала очевидной причина его беспокойства. На гладком блестящем днище («Пингвин» ниже ватерлинии был обшит медью, и его набор кренился медными болтами) каким-то необыкновеннейшим образом повисло человеческое тело, которое колотилось об обшивку при малейшем движении корабля. После нескольких безуспешных попыток, когда каждый толчок судна грозил потопить шлюпку, меня — ибо это было мое тело — наконец вызволили из опасности и подняли на борт. Оказалось, что какой-то болт сдвинулся с места, пропорол обшивку, и, когда нас протаскивало под днищем, я зацепился за него и повис там в совершенно невообразимом положении. Конец болта прошел через воротник надетой на мне зеленой суконной куртки, сквозь заднюю часть шеи и вышел наружу между двумя мышцами чуть ниже правого уха. Меня немедленно уложили в постель, хотя я не подавал ни малейших признаков жизни. Хирурга на борту не было. Правда, капитан старался помочь мне, как мог, чтобы оправдать, как мне кажется, в глазах команды свое чудовищное поведение в начале происшествия.

Страница 3 из 52

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее