Загрузка...
Южный почтовый — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Южный почтовый

Автор Антуан де Сент-Экзюпери
0+271 читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
АфрикаМароккоКап-Джубипервый романпервый полетавиацияписьмопервый опыт

Описание

Пилот Жак Бернис, ответственное лицо в системе доставки почты, отправляется в ночной полёт над Сахарой, сталкиваясь с техническими и эмоциональными трудностями, а затем возвращается домой, где внутренний конфликт и напряжённые отношения заставляют его искать утешение в памяти и в роли «покорителя».

Главный конфликт / проблема

Внутренний конфликт пилота, баланс между обязанностью и сомнениями, а также конфликт в личных отношениях с Женевьевой и Эрленом.

Ключевые идеи

  • Почта как драгоценность, требующая точности и дисциплины
  • Пилот воспринимает свою работу как акт создания порядка в мире
  • Внутренний конфликт героя после возвращения из путешествия
  • Проблемы идентичности и памяти
  • Тревога и страх потерять связь с прошлым
  • Сложные отношения с Женевьевой и Эрленом
  • Тема возвращения к «роднику» как символу утешения
  • Проблемы с посадочными огнями и погодой создают неопределённость полёта.
  • Пилот испытывает внутренний конфликт между приказом и личной безопасностью.
  • Коммуникация между пунктами назначения критична для координации полёта.
  • Сахара и пустынные посты усиливают ощущение изоляции и времени.
  • Звёзды и луна выступают как символы надежды и тревоги.

Вывод

Книга приводит к выводу, что даже в хаосе пустыни человек может создать порядок через дисциплину и связь, но внутренний мир остаётся сложным и требует баланса.

Кому полезна

  • Любители авиации и путешествий
  • Читатели, интересующиеся внутренними конфликтами и поиском смысла
  • Те, кто ценит порядок и связь в хаосе

Главные темы

  • Почта как связующее звено
  • Внутренний конфликт и поиск идентичности
  • Трудности ночных полётов и коммуникации

Персонажи

  • Жак Бернис — Ответственный и внимательный к деталям, он воспринимает доставку почты как священную обязанность. Главный герой, который возвращается из Парижа и размышляет о прошедших двух месяцах, сталкивается с внутренними конфликтами и пытается сохранить свою идентичность. Сомневается в безопасности полёта, но вынужден выполнять приказ. Внутренний конфликт и эмоциональные переживания.
  • Женевьева — Главная женщина, с которой Бернис имеет сложные отношения, переживает за своего сына и испытывает страх потерять контроль.
  • Эрлен — Супруг Женевьевы, который пытается контролировать ситуацию и обвиняет Берниса.
  • Начальник аэродрома — Сомневается в отправке самолёта из-за тумана и непонятных сигналов.
  • Механик — Обеспечивает техническую готовность самолёта и обсуждает детали с пилотом.
  • Радиостанция — Обменивается сообщениями между пунктами назначения, подтверждая время вылета и прибытия.
  • Мюрси — Упоминается как друг, но не играет ключевой роли в событиях главы.

Цитаты

  • Небо, чистое, как вода, вымыло и высветило звезды.
  • Почта – драгоценность, почта – дороже жизни…
  • "Я должен вернуться назад и рассказать о двух прошедших месяцах"
  • "Я снова обрел родник."
  • Почтовый пролетел без посадки.
  • Он вылетит через двадцать минут.

Сводка по автору из Wikidata

1900–1944. Antoine de Saint-Exupéry. французский писатель и лётчик

Читать онлайн

Страница 1 из 23

Annotation

1927-1929 годы Сент-Экзюпери провел в Африке, работая начальником промежуточного аэродрома Кап-Джуби на южной границе Марокко (этот аэродром описан в «Южном почтовом»); там он и закончил свою первую книгу, начатую еще несколькими годами раньше. Впервые она была издана в 1929 году.

Первая повесть Сент-Экзюпери во многом еще несовершенна. В частности, неорганичной для творчества этого писателя оказалась любовная линия ее сюжета; вообще, сюжетное построение книги скорее препятствует свободному выражению идей и проблем, волновавших ее автора. Тем не менее здесь уже звучат многие важные содержательные мотивы – мотив человеческих связей, соединяющих рассказчика с его другом Жаком Бернисом, мысль о порядке, который человек вносит в мир своей деятельностью. Напряженная (порой еще недостаточно ясная) стилистика повести предвещает стиль зрелой философской прозы Сент-Экзюпери.

Антуан де Сент-Экзюпери

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

II

III

IV

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

XIII

XIV

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

notes

1

2

3

Антуан де Сент-Экзюпери Южный почтовый

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

Радиограмма. 6.10. Тулуза. Всем аэродромам: почтовый Франция – Южная Америка вылетает Тулузы 5.45. Точка.

Небо, чистое, как вода, вымыло и высветило звезды. Потом настала ночь. Сахара, дюна за дюной, разворачивалась под луной. Нам светит эта лампа, ее отраженный свет не выхватывает предметы, но творит их, насыщая каждый каким-то мягким веществом. Под нашими приглушенными шагами – роскошный плотный песок. И мы идем с непокрытой головой, отдыхая от солнечного песка. Ночь: этот кров…

Но как нам было поверить в покой? Пассаты без устали мчались к югу. Они подметали шуршащий, как шелк, пляж. Это были уже не европейские ветры, которые покрутятся-покрутятся и утихнут; нет, они проносились над нами, как над экспрессом на полном ходу. Иной раз их прикосновение было так жестко, что казалось, повернувшись на север, на них можно опереться и тебя поднимет и унесет к неведомой цели. Какая скорость, какое смятение!

Солнце завершало свой круговорот, и снова наступал день. Мавры вели себя мирно. Те, что отваживались приблизиться к испанскому форту, изъяснялись жестами и, как дети, играли ружьями. Это была закулисная Сахара: здесь непокорные племена утрачивали таинственность и выступали лишь в роли статистов.

Мы жили с ними бок о бок, и они казались нам нашим собственным, самым будничным отражением. Вот почему мы не чувствовали себя затерянными в пустыне; нам нужно было бы вернуться домой, чтобы почувствовать одиночество, посмотрев на него со стороны.

Мы были в плену у мавров и у самих себя. Мы не могли отойти от форта дальше, чем на пятьсот метров, за которыми начиналась непокоренная страна. Наши ближайшие соседи – в Сиснеросе, в Порт-Этьене – в семистах, в тысяче километров от нас, были, как и мы, словно руда пустой породой, окружены Сахарой. И они вращались по своей орбите вокруг такого же форта. Мы знали их по именам, по их чудачествам, но между нами простиралось непроницаемое молчание, как между обитаемыми планетами.

Сегодня утром мир для нас пришел в движение. Радист вручил нам наконец радиограмму: две мачты, врытые в песок, раз в неделю связывали нас с миром.

Почтовый Франция – Америка вылетел Тулузы 5.45. Прошел Аликанте 11.10.

Это говорила Тулуза. Тулуза – головная точка линии. Далекий бог.

За десять минут новость доходила до нас через Барселону, через Касабланку, через Агадир и потом распространялась дальше на юг до Дакара. На линии в пять тысяч километров все аэропорты были подняты на ноги. С возобновлением передач около шести часов вечера нам снова сообщалось:

Почтовый приземлится Агадире 21.00. Вылетит Кап-Джуби 21.30. Подсветка ракетой Мишлена. Точка. Кап-Джуби приготовить обычные сигнальные огни. Точка. Держать связь Агадиром. Подпись: Тулуза.

Из обсерватории Кап-Джуби, затерянной в сердце Сахары, мы следили за далекой кометой.

К шести часам вечера забеспокоился юг:

Из Дакара Порт-Этьену, Сиснеросу, Джуби: срочно сообщите сведения почтовом.

Из Джуби Сиснеросу, Порт-Этьену, Дакару: никаких сведений после прохождения Аликанте 11.10.

Где-то гудел мотор. Его гул старались уловить от Тулузы до Сенегала.

II

Тулуза. 5.30.

Самолет резко тормозит в воротах ангара, распахнутых в ночь и в дождь. Прожекторы по пятьсот ватт вырывают из темноты предметы, жесткие, обнаженные, с резкими контурами, как на витрине. Под сводом ангара каждое произносимое слово резонирует, продолжает звучать, наполняет собой тишину.

Блестящие покрышки, моторы без единого масляного пятна. Самолет как новенький. Сложнейший часовой механизм, к которому только что пальцами изобретателей прикасались механики. Теперь они, сделав свое дело, отходят в сторону.

– Живее, господа, живее.

Мешок за мешком почта исчезает в чреве машины. Быстрая проверка:

– Буэнос-Айрес… Натал… Дакар… Касабланка… Дакар… Тридцать девять мешков. Точно?

– Точно.

Пилот одевается. Свитер, шарф, кожаный комбинезон, меховые сапоги. Сонное тело еле ворочается. Его подгоняют: «Давай! Скорее…» Тяжелый и неуклюжий, он втискивается в кабину, не гнущиеся в толстых перчатках пальцы едва удерживают часы, высотомер, планшет с картами. Водолаз вне своей стихии. Но едва он садится за штурвал, все становится легко.

К нему поднимается механик.

– Шестьсот тридцать кило.

– Пассажиры?

– Трое!

Не глядя, он берет их под свою опеку.

Начальник аэродрома поворачивается к рабочим:

– Кто закреплял капот?

– Я.

– Двадцать франков штрафу.

Начальник аэродрома в последний раз проверяет готовность машины: все в образцовом порядке, все движения рассчитаны заранее, как в балете. Самолет, стоящий сейчас в полной готовности в ангаре, через пять минут будет в небе. Этот рейс вычислен так же точно, как спуск на воду корабля. Недостает крепежного винтика – ужасающий недочет. Прожекторы по пятьсот ватт, тщательность, придирчивость осмотра – все это для того, чтобы полет от аэродрома до аэродрома в Буэнос-Айресе или в Сантьяго был результатом законов аэродинамики, а не делом случая. Чтобы, несмотря на бури, туманы, торнадо, несмотря на множество ловушек, которые таятся в клапанах, в распределителях, – во всей этой косной материи, – догнать, перегнать и оставить далеко позади товарные, скорые, экспрессы, пароходы! И в рекордное время приземлиться в Буэнос-Айресе или в Сантьяго…

– На вылет!

Летчику Бернису вручают бумагу: план битвы.

Бернис читает:

«Перпиньян передает: небо ясное, ветра нет. Барселона: буря. Аликанте…»

Тулуза. 5.45.

Мощные колеса давят на тормозные колодки. Под ветром, поднимаемым винтом, трава на двадцать метров за самолетом стелется и струится, как вода за кормой. Бернис одним движением кисти дает волю буре или усмиряет ее.

Теперь гул нарастает повторными волнами и становится той насыщенной, почти твердой средой, в которой оказывается замкнутым тело самолета. И когда пилот чувствует, что этот гул, переполняя его, позволяет овладеть стихией, которая до сих пор ему не подчинялась, он говорит себе: есть! Потом он смотрит на черный, задранный в небо, как гаубица, капот. За винтом брезжит рассвет.

Страница 1 из 23

Назад1223Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее