Загрузка...
Назад в библиотеку
Под сенью девушек в цвету — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Под сенью девушек в цвету

Автор Марсель Пруст
0+1.6k читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Жанры
классическая проза
Темы
ПрустВ поисках утраченного временироманфранцузская литературавоспитаниелюбовьдружбасветское обществоязыковое мастерстводетектив

Описание

Главный герой, молодой человек, стремящийся к литературной карьере, оказывается втянут в сложные семейные и социальные обстоятельства: от давления родителей, желающих видеть его дипломатом, до романтических и дружеских интриг в высшем обществе, где он сталкивается с ревностью, манипуляциями и поиском своего места в мире искусства и аристократии.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между стремлением героя к литературной карьере и семейными ожиданиями, а также его романтические и дружеские интриги в высшем обществе, которые ставят под угрозу его самоопределение и эмоциональное благополучие.

Ключевые идеи

  • Влияние дипломатической карьеры и семейных ожиданий на личные стремления героя.
  • Разочарование в театральном искусстве как символ внутреннего конфликта.
  • Роль посла де Норпуа как посредника между светским обществом и литературой.
  • Восхищение автора мадемуазель Сван и её матерью, и попытка использовать де Норпуа как посредника.
  • Внутренний конфликт автора: желание быть близким к Сванам и страх быть отвергнутым.
  • Роль памяти и внимания в восприятии слов и действий, а также влияние болезни на эмоциональное состояние.
  • Сван как коллекционер светских кругов
  • Использование социальных собраний для контроля над отношениями
  • Ревность к Одетте как движущая сила
  • Пробуждение новых любовных интересов как способ отомстить
  • Внутренний конфликт между статусом и личными чувствами
  • Внутренний конфликт между любовью и социальными ожиданиями.

Вывод

Книга приводит к осознанию героя того, что его путь не может быть полностью определён внешними обстоятельствами; он вынужден принять компромиссы, но сохраняет внутреннюю решимость искать признание в литературе, несмотря на давление и разочарования.

Кому полезна

  • Читатели художественной литературы, интересующиеся французской культурой и обществом XIX‑XX веков
  • Люди, ищущие вдохновение в поиске своего пути и баланса между карьерой и личной жизнью
  • Те, кто ценит психологический портрет персонажей и их внутренние конфликты

Главные темы

  • Семейные ожидания и давление
  • Дипломатия и литература
  • Любовные и дружеские интриги
  • Ревность и социальный статус
  • Искусство и эстетика
  • Путешествия и аристократия
  • Психологический внутренний конфликт

Персонажи

  • Нарратор — Постепенно отдаляется от прежней любви к Жильберте, ищет новые смыслы в путешествии, стремится к социальному взаимодействию и пытается понять влияние семьи и аристократии на свою жизнь. Ведёт внутренний диалог о страхах, чувствах и социальных взаимодействиях, живёт в Бальбеке, поглощён идеалом красоты и желанием познакомиться с девушками, особенно с «Симоне».
  • Отец — Стремится к тому, чтобы сын стал дипломатом, но в итоге поддерживает его литературные интересы. Согласен с мнением матери, но проявляет более мягкое отношение. Отказался от поездки, опасаясь задержек и потерь.
  • Мать — Поддерживает семейные традиции и участвует в обсуждении приглашения посла. Поддерживает традиционный подход к этикету и не одобряет встречи с Жильбертой. Оставшаяся в Париже, переживает разлуку и опасается, что отношения могут окончиться.
  • Бабушка — Живёт в своём особом мире, придерживается строгой политики «не встречаться с людьми», но проявляет заботу о путешествии. Старшая женщина, сопровождает героя, обсуждает лекарства и путешествия, выражает заботу о здоровье.
  • Де Норпуа — Представляет дипломатическую власть и предлагает герою рассмотреть литературу как путь к уважению. Готов помочь, но опасается, что его слова могут быть восприняты как ложь.
  • Сван — Пытается управлять социальными кругами, используя свой вкус и манипуляции, одновременно борется с ревностью к Одетте. Организует встречи, собирает «общественные букеты», стремится включить Одетту, но её отношения с Форшвилем создают напряжённость.
  • Мадам Сван — Женщина, чья красота и характер вызывают восхищение у главного героя. Участвует в собраниях, наблюдает за поведением гостей.
  • Одетта — Ведёт сложные отношения с Сваном и Форшвилем, её ревность и письма создают напряжённость.
  • Жильберта — Получает письмо от главного героя и отправляет его обратно, усиливая его чувства. Ведёт себя как часть светского круга, участвует в собраниях и наблюдает за поведением гостей.
  • Блок — Инициирует приглашение к обеду, стремится к аристократическому признанию. Рассказывает анекдоты, обсуждает Бергота и семейные истории. Ироничный, скептический, но вежливый, его слова раздражают Альбертину.
  • г-жа де Вильпаризи — Обладает авторитетом в гостинице, часто взаимодействует с разными персонажами, но не встречается с бабушкой. Приглашает героя в прогулку, обсуждает искусство, архитектуру и литературу, выражает интерес к женщинам.
  • Де Шарлюс — Холодный, но доброжелательный к бабушке, сложный характер. Делится мудростью о чувствах, шутит над бабушкой, дает книгу Бергота.

Цитаты

  • «Ни разу не видел, как он, как бы, не мог бы стать писателем, но я не знаю, как это сделать».
  • «Театр – это не просто представление, это зеркало, в котором мы видим себя».
  • «Если вы это сделаете, если вы скажете обо мне госпоже Сван, всей моей жизни не хватит, чтобы доказать вам мою благодарность, и жизнь моя будет принадлежать вам!»
  • «Болезнь, которую я описываю, как будто она сама была бы в состоянии, в котором я нахожусь, и я не могу понять, как она меня изменяет.»
  • Сван часто навещал кое-кого из своих прежних знакомых, следовательно людей, принадлежавших к самому высшему кругу.
  • Свану недостаточно было того наслаждения, которое общество, такое, как оно есть, и привлекавшее его именами, вписанными в историю и еще поддающимися расшифровке, доставляло ему, как литератору и художнику, он также развлекался несколько вульгарно, составляя как бы общественные букеты.
  • «Я не могу прийти»
  • «Она была брюнетка, некрасивая, но с виду умная»
  • "У Свана в комнате, вместо недавно снятых прекрасных фотографий его жены, на которых то же загадочное и победоносное выражение позволяло узнать, какие бы платье и шляпа ни были на ней, ее торжествующий силуэт и лицо, был маленький старый дагерротип"
  • "Я решил явиться к Жильберте невзначай еще до обеда."

Сводка по автору из Wikidata

1871–1922. Marcel Proust. французский писатель, новеллист и критик

Читать онлайн

Страница 2 из 145

Объясним, наконец, кто был маркиз де Норпуа. До войны он был полномочным министром, а после 16 мая – послом и, несмотря на это, к великому удивлению многих, исполнял затем не раз поручения, возлагавшиеся на него радикальными правительствами, которым даже обыкновенный реакционер-буржуа отказался бы служить и которым прошлое г-на де Норпуа, его связи, его взгляды должны были бы внушать подозрение: он являлся представителем Франции в чрезвычайных случаях и даже, в качестве государственного контролера по долгам в Египте, оказал важные услуги, благодаря своим большим финансовым способностям. Но эти передовые министры, должно быть, отдавали себе отчет в том, что благодаря подобному назначению становится очевидно, каких широких взглядов держатся они, когда дело идет о высших интересах Франции, что они поднимаются выше обыкновенных политических деятелей, заслуживая даже со стороны «Journal des Debats» признания их государственными людьми; наконец они извлекали выгоду из престижа, который связан с аристократическим именем, а также из интереса, который возбуждает, подобно театральной развязке, неожиданное назначение. Они знали также, что, обращаясь к г-ну де Норпуа, они могут пользоваться этими удобствами, но опасаясь с его стороны недостатка в политической лояльности, так как происхождение маркиза служило для них не предостережением, но гарантией. И в этом правительство республики не ошибалось. Прежде всего потому, что известного рода аристократы, с детства привыкшие смотреть на свое имя как на внутреннее преимущество, которого ничто не может у них отнять (и цена которого хорошо известна людям равным им или стоящим еще выше), знают, что могут избавить себя, ибо это не даст им большего, от ненужных усилий, которые без ощутимых результатов делают столько простых буржуа, старающихся выказывать лишь благонадежные взгляды и водить знакомство лишь с благонамеренными людьми. Зато, стремясь возвыситься в глазах принцев и герцогов, от которых их отделяет всего лишь одна ступень, эти аристократы знают, что они могут этого достичь, лишь украсив свое имя тем, чего ему не было дано и благодаря чему они могут превзойти равных по рождению, то есть политическим влиянием, известностью писателя или художника, большим состоянием. И заботы, от которых не в пример заискивающему буржуа они могут воздержаться в отношениях к ненужному им дворянчику, чья бесплодная дружба не имела бы никакой цены в глазах принца, – эти заботы они станут расточать политическим деятелям, хотя бы и масонам, которые могут открыть доступ в посольства или оказать покровительство на выборах, художникам или ученым, чья поддержка помогает «пробиться» в той области, где они главенствуют, всем тем, наконец, кто в состоянии придать новый блеск вашей репутации или помочь выгодному браку.

Что же касается г-на де Норпуа, то он прежде всего в течение долгой дипломатической карьеры проникся тем отрицательным, рутинным, консервативным, «правительственным» духом, который действительно присущ всем правительствам и при всех правительствах царит главным образом в канцеляриях. В этой деятельности он почерпнул отвращение и боязливое презрение к тем более или менее революционным и, во всяком случае, некорректным методам, какими являются методы оппозиции. Если не считать каких-нибудь невежд из простого народа или же из светского общества, для которых различие духовных типов – мертвая буква, то людей связывает не общность убеждений, а кровное родство духа. Какой-нибудь академик вроде Легуве, сторонник классиков, скорее одобрил бы дифирамб Виктору Гюго, произнесенный Максимом Дюканом или Мезьером, нежели дифирамб Буало, произнесенный Клоделем. Одинаковость националистических взглядов сближает Барреса с его избирателями, которые не видят большой разницы между ним и г-ном Жоржем Берри, но не может сблизить его с коллегами по Академии, которые, разделяя его политические взгляды, однако будучи другого склада ума, предпочтут ему даже противников вроде гг. Рибо и Дешанеля, гораздо более близких последовательным монархистам, нежели Моррас и Леон Доде, хотя и они желают возвращения короля. Скупой на слова, по профессиональной привычке, внушающей сдержанность и осторожность, а также и потому, что слова благодаря этому приобретают больший вес, представляют больше оттенков с точки зрения тех, чьи десятилетние труды, направленные на сближение двух стран, выражаются, резюмируются – в речи или протоколе – простым прилагательным, казалось бы, совсем обыкновенным, но заключающим для них целый мир, – г-н де Норпуа считался человеком очень холодным в той комиссии, где он заседал рядом с моим отцом, которого все поздравляли, видя расположение к нему бывшего посла. Оно прежде всего удивляло моего отца. Ибо, не отличаясь вообще особой любезностью, он не привык к тому, чтобы за пределами круга домашних кто-нибудь старался приобрести его дружбу, и простодушно признавался в этом. Он сознавал, что предупредительность дипломата была следствием той совершенно индивидуальной точки зрения, на которую становится всякий, когда дело идет о его привязанностях, и с которой все умственные качества или эмоциональные свойства известного лица, если само это лицо сердит нас или неприятно на нас действует, не будут служить столь благоприятной рекомендацией, как прямота и веселость другого человека, который многим будет казаться пустым, легкомысленным и ничтожным. «Де Норпуа опять пригласил меня на обед; это необыкновенно; в комиссии все поражены; там он ни с кем не знаком домами. Я уверен, что он расскажет мне еще что-нибудь потрясающее о войне 70-го года». Отец мой знал, что г-н де Норпуа был, пожалуй, единственный, кто указывал императору на растущую мощь и воинственные замыслы Пруссии, и что Бисмарк питал исключительное уважение к его уму. В газетах совсем еще недавно писалось о продолжительной беседе, которой удостоил г-на де Норпуа король Феодосий в опере, во время гала-спектакля, дававшегося в честь монарха. «Надо мне будет узнать, действительно ли имеет значение этот приезд короля, – сказал нам мой отец, проявлявший большой интерес к иностранной политике. – Правда, я знаю, что старик Норпуа – очень скрытный, но со мной он так мило откровенничает…»

Что касается моей матери, то, пожалуй, посол и не отличался тем складом ума, который был для нее всего привлекательнее. И я должен сказать, беседа г-на де Норпуа была столь полным собранием устарелых формул, характерных для определенной деятельности, для определенного класса людей и для определенной эпохи – эпохи, может быть, еще и не совсем кончившейся для этого рода деятельности и для этого класса людей, – что порой я жалею, зачем я просто и точно не сохранил в памяти того, что он говорил: я достиг бы эффекта старомодности с такой же легкостью и совершенно таким же путем, как тот актер из Пале-Рояля, которого спрашивали, где он отыскивает свои удивительные шляпы, и который отвечал: «Я не отыскиваю их, я их сохраняю». Словом, моя мать, как я думаю, считала г-на де Норпуа немножко «старомодным», что отнюдь не казалось ей неприятным в смысле манер, однако меньше нравилось ей, если не в отношении взглядов, – ибо взгляды г-на де Норпуа были весьма современные, – то в смысле форм выражения. Но она понимала, что она тонко льстит самолюбию своего мужа, когда, в разговорах с ним, восхищается этим дипломатом, который относится к нему с такой исключительной благосклонностью. Поддерживая в нем высокое мнение, которое он составил себе о г-не де Норпуа, и таким путем возвышая в собственных глазах и его самого, она исполняла свой долг, состоявший в том, чтобы делать приятной жизнь мужа, так же, как когда заботилась о том, чтобы обед был хорош и чтобы прислуга молчаливо исполняла свои обязанности. А так как она не способна была лгать моему отцу, то невольно начинала восхищаться послом, чтобы иметь возможность хвалить его с полной искренностью. Впрочем, ей, разумеется, нравилось его доброе лицо, его учтивость, несколько старомодная (и настолько изысканная, что когда, идя по улице, выпрямившись во весь свой рост, он замечал мою мать, проезжавшую в экипаже, он, прежде чем снять шляпу, бросал сигару, только что закуренную); его обдуманная беседа, во время которой он как можно меньше говорил о себе и всегда помнил о том, что могло бы быть интересно собеседнику; пунктуальность, с которой он отвечал на письма и которая казалась столь необыкновенной, что когда отцу моему случалось послать письмо г-ну де Норпуа и он тотчас же после этого получал конверт, надписанный рукой маркиза, то у него прежде всего являлась мысль, что по досадной случайности письма их разошлись в дороге; можно было подумать, что для г-на де Норпуа существует особая почта. Моя мать удивлялась, как он может быть таким точным, несмотря на свою занятость, таким внимательным, несмотря на бесконечные знакомства, и не думала о том, что за этим «несмотря на» всегда скрываются «потому что» и (подобно тому как иные старики удивительно сохраняются для своего возраста, короли держатся с величайшей простотой, а провинциалы всё знают) одни и те же привычки позволяют г-ну де Норпуа заниматься таким множеством дел и быть таким аккуратным в своей переписке, иметь успех в обществе и оказывать внимание нашей семье. К тому же моя мать, как все чрезвычайно скромные люди, впадала в заблуждение, вызванное тем, что все относящееся к ней она привыкла считать заслуживающим меньшего внимания, не ставя в связь ни с чем. Быстрый ответ на письмо, имевший в ее глазах такую цену, потому что другу моего отца каждый день приходилось писать много писем, являлся для нее исключением из этого множества писем, хоть это и было только одно из них; она также не принимала во внимание, что для г-на де Норпуа обед в нашем доме – одно из бесчисленных дел в его общественной жизни; она не думала о том, что посол, будучи дипломатом, привык смотреть на званые обеды как на нечто входящее в его служебные обязанности, проявляя на них давно привычную ему любезность, и нельзя было требовать, чтобы, обедая у нас, он в виде исключения от нее отрешился.

Страница 2 из 145

Назад123…145Далее

Вам также может понравиться

Триумфальная арка — обложка книги

Триумфальная арка

Эрих Мария Ремарк

Маленький принц — обложка книги

Маленький принц

Антуан де Сент-Экзюпери

Скотный двор — обложка книги

Скотный двор

Джордж Оруэлл

Искра жизни — обложка книги

Искра жизни

Эрих Мария Ремарк

Три товарища — обложка книги

Три товарища

Эрих Мария Ремарк

Камо грядеши — обложка книги

Камо грядеши

Генрик Сенкевич

Острие бритвы — обложка книги

Острие бритвы

Сомерсет Моэм

Звезды смотрят вниз — обложка книги

Звезды смотрят вниз

Арчибальд Джозеф Кронин

Гордость и предубеждение — обложка книги

Гордость и предубеждение

Джейн Остин

Отверженные — обложка книги

Отверженные

Виктор Мари Гюго

Возвращение — обложка книги

Возвращение

Эрих Мария Ремарк

Жизнь взаймы — обложка книги

Жизнь взаймы

Эрих Мария Ремарк

Страница 1 из 407

Назад12…407Далее