Загрузка...
В южных морях — обложка книги
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Темы
путешествиеЮжные моряРоберт Луис Стивенсонполинезиямаркизские островаавантюрапутевые заметкиэкспедициятропикиистория

Описание

Книга «В южных морях» представляет собой подробный отчёт путешественника Роберта Льюиса Стивенсона о его экспедиции в Полинезию в конце XIX века. Автор описывает своё путешествие от Сан‑Франциско до Маркизских островов, Атуоны, Бутаритари и Апемамы, уделяя внимание культурным особенностям, политическим интригам и морским опасностям. В отчёте сочетаются личные наблюдения, встречи с местными жителями и анализ влияния колониальной и религиозной миссии на островное общество.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между европейскими путешественниками и полинезийскими вождями, а также внутренние политические противостояния, влияющие на экономику и социальную структуру островов

Ключевые идеи

  • Путешествие автора в Маркизские острова как способ исцеления и поиска новых впечатлений.
  • Сложная культура и традиции маркизцев, включая табу «тапу» и уникальные формы домов.
  • Взаимодействие с местными жителями и влияние английского языка на полинезийскую культуру.
  • Колониальная и миссионерская власть влияют на образование и религиозную жизнь.
  • Традиционные практики, такие как каннибализм и опиум, остаются частью культуры.
  • Архитектура церкви отражает смесь европейского и местного искусства.
  • Образовательные программы в школах мальчиков и девочек отличаются по эффективности.
  • Обряд усыновления как символическое укрепление политических и экономических связей
  • Культурные различия в отношении к гостям и к семейным структурам между европейцами и полинезийцами
  • Опасности морских путешествий в Южных морях, связанные с непредсказуемыми ветрами, рифами и течениями
  • Описание экваториального острова Бутаритари и его культуры
  • Влияние европейской цивилизации и изменение традиционных обычаев

Вывод

Книга показывает, как культурные, политические и экономические взаимодействия формируют жизнь островов, а путешествия требуют уважения к местным традициям и глубокого понимания их особенностей

Кому полезна

  • Путешественники, историки, культурологи, студенты, любители морских приключений

Главные темы

  • Культура и традиции полинезийских островов
  • Влияние колониальной власти и религиозных миссий
  • Морские путешествия и их опасности
  • Политические интриги и обряды усыновления

Персонажи

  • Автор (Роберт Луис Стивенсон) — Изначально болен, решает отправиться в Южные моря для восстановления здоровья и поиска новых впечатлений. Путешественник, описывающий жизнь и культуру Маркизских островов.
  • Мистер Реглер — Встречается с автором на островах, пытается вести торговлю, но общение осложняется языковыми барьерами.
  • Таипи‑Кикино — Лидер местной общины, который пытается установить контакт с иностранцами.
  • Тари — Бедный житель, который рассказывает о своей жизни, болезнях и традициях.
  • Кауануи — Проводит автора по морям, демонстрирует местные традиции мореплавания.
  • Мишель Бланк — Построил церковь в Хатихеу, сочетает в себе плотничество, каменщику и скульпторство.
  • Дордийон — Влиятельный религиозный деятель, поддерживает миссию и развитие инфраструктуры.
  • Ваекеху — Властвует над Маркизскими островами, участвует в религиозных и политических делах.
  • Брат Мишель — Показывает экипажу семейный дом, объясняет традицию «пикио» и приглашает к обряду.
  • Паааэуа — Использует обряды усыновления для укрепления своего статуса и контроля над ресурсами.
  • Моипу — Ищет выгоду в союзе с местными вождями, предлагает подарки и братство.
  • Капитан Отис — Проводит экипаж через опасный архипелаг, принимает решения о маршруте.

Цитаты

  • «Капитан, можно подняться на борт?»
  • Et point de resultats, monsieur, presque pas de resultats
  • C'est uneeglise ideale
  • "С двумя мужьями?" — переспросил кто-то. "C'est ma honte"
  • "Здесь я дома, — сказал он. — Полагаю, мне принадлежит немалая доля этих пальм, а вон в том доме живет моя матушка с двумя мужьями!"
  • «Копра принадлежит мне» — заметил его величество, взмахнув рукой.
  • «Если моя ошибись, твоя скажи мне. Если твоя ошибись, моя скажи тебе. Много лучша».

Сводка по автору из Wikidata

1850–1894. Robert Louis Stevenson. шотландский писатель и поэт (1850–1894)

Читать онлайн

Страница 78 из 80

Я поспешил во дворец поблагодарить короля, но предложил возвратить ящик, так как не мог допустить страданий больных на острове. Тембинок поразил меня своим ответом. Оказалось, что у Терутака есть на всякий случай еще три-четыре ящика; его нежелание расставаться с одним из них и ужас, поначалу написанный на всех лицах, были вызваны не перспективой лишения источника исцеления, а преклонением перед Ченчем. Я проникся гораздо большим почтением к власти короля, который смог мгновенно и бесплатно добиться святотатственной любезности, которой я тщетно домогался с помощью больших денег! Однако теперь передо мной встала нелегкая задача — я считал, что Терутан не должен страдать из-за своей добродетели, и я должен был убедить короля разделить мою точку зрения, позволить мне обогатить одного из его подданных и (что было еще затруднительнее) заплатить за полученный подарок.

Ничто не выказывает короля в более благоприятном свете, чем то, что я добился успеха. В принципе Тембинок был против; когда я назвал сумму, он вскрикнул с презрительным неудовольствием: «Большие деньги!» Но его сопротивление не было серьезным, и, выплеснув свое дурное настроение, он сказал: «Хорошо. Заплати ему. Много лучша».

С этим разрешением я отправился в лазарет. Уже наступила ночь, прохладная, темная, звездная. Терутак лежал рядом с женой на циновке у костра из дров и ореховой скорлупы. Оба они улыбались: страданию пришел конец, власть короля успокоила (надо полагать) их мятежную совесть; и я получил приглашение сесть с ними и выкурить ходившую по кругу трубку. Я сам слегка растрогался, положив пять золотых соверенов в руку колдуна, но Терутак не проявил никаких чувств, вернул их, кивнул на дворец и назвал имя Тембинока. Когда мне удалось все объяснить, сцена переменилась. Терутак, долгое время рыбачивший вместе с шотландцами, выразил удовлетворение сдержанно, но жена его засияла; при этом присутствовал некий старец, видимо, ее отец, которому все хорошо объяснили. У него глаза выкатились из орбит. «Каупои, каупои — богач, богач!» — срывалось с его уст, словно припев; и он не мог встретиться со мной взглядом без глупого смеха.

Я теперь пойду домой, оставив эту семью возле костра радоваться неожиданному богатству и обдумать столь странный день. Я старался вознаградить добродетель Терутака и добился своего. Я разыгрывал из себя миллионера, вел себя отвратительно, а потом в какой-то мере загладил собственную глупость. Теперь у меня был ящик, я мог открыть его и заглянуть внутрь. В нем находились миниатюрная циновка и белая раковина. На другой день я спросил о ней Тамаити, и он объяснил, что это не совсем Ченч, а ячейка или тело, где он иногда пребывает. На вопрос, для чего там циновка, он негодующе ответил: «А вам зачем матрацы?» Вот вам и скептический Тамаити! Но островной скептицизм существует лишь на словах.

Глава седьмая КОРОЛЬ АПЕМАМЫ

Таким образом, на острове все, даже служители богов, покорны слову Тембинока. Он может дать и отнять, может убить, может успокоить совесть принципиальных и делать все (очевидно) за исключением вмешательства в приготовление черепахи. «Я обладаю властью», — его излюбленное присловье, оно звучит во всех разговорах, эта мысль преследует его и всегда свежа, и когда расспрашивает и думает о чужих странах, он поднимает взгляд с улыбкой, напоминая собеседникам: «Я обладаю властью». Наслаждается он не только ее обладанием, но и применением. Он радуется извилистым и жестким путям правления, как спортсмен состязаниям или художник своему искусству. Ощущать свою власть, пользоваться ею, приукрашивать свой остров и картину островной жизни в соответствии с собственным идеалом, вовсю наживаться на труде островитян, расширять свой уникальный музей — вот на что он с удовольствием тратит все силы. Я ни разу не видел человека, более упорного в обычной профессии.

Было бы естественно предположить, что королевская власть непрестанно переходит по наследству в течение многих поколений. Отнюдь нет, началось это совсем недавно. Я уже учился в школе, когда Апемама была еще республикой, управлялась шумным советом старейшин и раздиралась непримиримой враждой. И Тембинок никакой не Бурбон, скорее, сын Наполеона. Разумеется, он знатного рода. На Тихоокеанских островах человеку не следует стремиться к власти, если он не обладает длинной родословной, в истоках — мифической. И наш король считает себя в родстве с большинством знатных семейств архипелага, ведет свой род от акулы и героической женщины. По указанию оракула она уплыла для встречи со своим отвратительным любовником так далеко, что не стало видно земли, и приняла в море семя предопределенного семейства. «Я думать ложь», — выразительно комментирует король эту легенду, однако гордится ею. После этого блистательного начала счастье рода, видимо, пошло на убыль; Тенкорути, дед Тембинока, был вождем деревни на севере острова. Острова Куриа и Аранука.были еще независимы; Апемама была ареной опустошительной вражды. В течение всего этого бурного периода истории фигура Тенкорути остается памятной. На войне он был быстр и жесток, захватил несколько городов, и все их жители до единого человека были перебиты. В мирной жизни его надменность была неслыханной. Когда собирался совет старейшин, он входил в Дом Совета, высказывался и уходил, не дожидаясь, чтобы ему ответили. Здравый смысл гласил: пусть другие спорят в меру своей глупости. Его боялись, ненавидели, и это доставляло ему радость. Поэтом он не был, ни познания, ни искусства его не интересовали. «Мой дед знай один вещь, знай хорошо», — заметил король. В какое-то затишье своих споров старейшины Апемамы отважились на завоевание Апемамы, и этот неотесанный Гай Марий был избран главнокомандующим объединенных войск. Ему сопутствовал успех, острова были покорены, и Тенкорути вернулся к своему правлению, прославленный и ненавидимый. Скончался он примерно в 1860 году семидесятилетним и совершенно непопулярным. Он был рослым и худощавым, говорит его внук, выглядел очень дряхлым и «ходи все равно, как молодой». Этот самый наблюдатель сообщил мне многозначительную подробность. Все люди, пережившие ту суровую эпоху, были обезображены шрамами от нанесенных копьем ран, на теле этого искусного бойца не было ни единого. «Я видеть старика, копьем его нет», — сказал король.

Тенкорути оставил двух сыновей, Тембаитаке и Тембинатаке. Тембаитаке, отец нашего короля, был невысоким, полноватым поэтом, хорошим генеалогистом и в какой-то степени воином; кажется, он воспринимал себя всерьез и, пожалуй, вряд ли сознавал, что был креатурой и питомцем своего брата. Между ними не существовало и тени разногласий: наиболее значительный из обоих был весьма деятельным и довольствовался вторым местом, во время войны принимал на себя самую трудную задачу, в мирное время вел все важные дела, и когда брат ругал его, молчал, глядя в землю. Был, как и Тенкорути, рослым, худощавым и быстрым ходоком — на островах Гилберта это редкая черта. Обладал всеми совершенствами. Знал волшебство, был лучшим генеалогистом своего времени, поэтом, умел танцевать, мастерить каноэ и оружие; и знаменитая апемамская мачта, на одно сочленение выше грот-мачты полностью оснащенного судна, была создана им. Но это были побочные занятия, ремеслом этого человека была война. «Когда мой дядя идти на война, он смеяться», — сказал Тембинок. Тембинатаке запретил военные действия туземцев; его люди должны были сражаться на открытом пространстве и побеждать или быть побитыми в рукопашной схватке; смелость его вдохновляла сторонников, а быстрота ударов сломила сопротивление трех островов. Он сделал своего брата правителем, племянника оставил абсолютным монархом. «Мой дядя сделал все легко, — сказал Тембинок. — Я больше король, чем мой папа, я обладаю властью», — произнес он с огромным удовольствием.

Страница 78 из 80

Вам также может понравиться

Страница 1 из 2

Назад12Далее