Загрузка...
Законы — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Законы

Автор Платон
16+202031 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригиналаgr
СерияЭксклюзивная классика (АСТ)
Возрастное ограничение16+
Темы
Древняя Грециявеликие философыантичная философия

Описание

Книга представляет собой последовательный диалог, в котором Сократ, Теаетет и другие философы исследуют понятие закона, софистов, политики, войны, государственного устройства, юридических норм и высшей мудрости, связывая эти темы с философскими размышлениями о бытии, небытии и числе.

Главный конфликт / проблема

Как определить закон, справедливость и мудрость в обществе, и как они соотносятся с политикой, софистами и числом.

Ключевые идеи

  • Софист объединяет различные виды искусства, действуя как «платный охотник» за знаниями и людьми.
  • Небытие – не противоположность бытия, а другое состояние, причастное к бытию.
  • Речь возникает только при сочетании имени и глагола и может быть истинной или ложной.
  • Софисты – имитаторы, основанные на мнении, а не на знании.
  • Разделение искусств на практические и теоретические
  • Политика как искусство управления человеческим стадом
  • Различие царя, тирана и политика
  • Значение знаний и умения в управлении
  • Классификация законов и видов правления
  • Политическое искусство как управляющее царское искусство
  • Аналогия ткачества для балансировки добродетелей
  • Законы исходят от бога и предназначены для подготовки к войне

Вывод

Книга приводит к выводу, что закон и мудрость основаны на ясном понимании бытия, софистов, политики и числа, и что справедливость достигается через сочетание этики, практики и философского размышления.

Кому полезна

  • Философы
  • Юристы
  • Политологи
  • Историки
  • Студенты философии и права
  • Граждане, заинтересованные в государственном устройстве

Главные темы

  • Понятие закона и софистов
  • Искусство политики и правления
  • Война и воспитание
  • Происхождение государства
  • Установление должностей и законов
  • Законы воспитания и спорта
  • Юридические нормы и наказания
  • Законы о оскорблениях
  • Правовые нормы и добродетель
  • Мудрость и число

Цитаты

  • «Софист – это платный охотник за знаниями и людьми»
  • «Небытие невозможно назвать, ибо оно не может быть предметом речи»
  • «Небытие явилось у нас как один из родов, рассеянный по всему существующему»
  • «Мы утверждаем, что всякая речь необходимо должна быть какого-то качества»
  • «Политика – это искусство пасти человеческий стад, то есть управление людьми»
  • «Царь – правитель, владеющий искусством повелевания над живыми существами, а тиран – тот, кто использует власть насильственно»
  • «Политическое искусство – это царское, которое управляет военным, судебным и ораторским искусством, но само не действует.»
  • «Политическое искусство сравнивается с ткацким ремеслом, соединяя мужество и рассудительность в единую ткань государства.»
  • «Внутренний конфликт человека – постоянная война, победа над собой – высшая добродетель»
  • «Умеренное употребление вина может способствовать внутреннему спокойствию, но чрезмерное приводит к потере самоконтроля»

Сводка по автору из Wikidata

-042–-034. Πλάτων. древнегреческий философ

Читать онлайн

Страница 1 из 154

Annotation

Платон Афинский – древнегреческий философ-идеалист, ученик Сократа, учитель Аристотеля. Именно с Платона философия формируется как система знания. Что такое законы и почему их нужно выполнять? Зачем они нужны и на каких философских учениях должны быть основаны? Кому, по мнению Платона, предстоит воплотить эти законы и стать идеальным правителем? И каков он, идеальный правитель? Устами своих героев на эти и другие вопросы отвечает Платон в диалогах «Софист», «Политик», «Законы» и «Послезаконие».

Платон

Законы

Сборник

* * *

© Перевод. С. Шейнман-Топштейн, наследники, 2020

Феодор, Сократ,

Чужеземец из Элеи, Теэтет

Феодор. Согласно с вчерашним договором, Сократ, мы и сами пришли, как и следовало, да вот и некоего чужеземца из Элей родом с собою ведем, друга последователей Парменида и Зенона, истинного философа.

Сократ. Уж не ведешь ли ты, Феодор, сам того не зная, не чужеземца, но некоего бога, по слову Гомера который рассказывает, что боги, а особенно бог покровитель чужеземцев, бывают вожатыми у тех, кто имеет правую совесть, чтобы наблюдать как своеволие, так и законные действия людей? Так вот, может быть, это и за тобою следует кто-то из всемогущих богов, некий бог-обличитель, чтобы наблюдать и обличать нас, людей, неискусных в речах.

Феодор. Не таков нравом, Сократ, этот чужеземец, он скромнее тех, кто занимается спорами, и представляется мне вовсе не богом, но скорее человеком божественным: ведь так я называю всех философов.

Сократ. Прекрасно, мой друг. На самом деле, по-видимому, различать этот род немногим, так сказать, легче, чем род богов, ибо люди эти «обходят города», причем другим, по невежеству, кем только они ни кажутся: не мнимые, но истинные философы, свысока взирающие на жизнь людей, они одним представляются ничтожными, другим – исполненными достоинства; при этом их воображают то политиками, то софистами, а есть и такие, которые мнят их чуть ли не вовсе сумасшедшими. Поэтому я охотно порасспросил бы у нашего гостя, если это ему угодно, кем считали и как называли этих людей обитатели его мест.

Феодор. Кого же именно?

Сократ. Софиста, политика, философа.

Феодор. В чем же более всего состоит твое недоумение и как ты замыслил о том расспросить?

Сократ. Вот в чем: считали ли те все это чем-то одним, двумя или же, различая, согласно трем названиям, три рода, они к каждому из этих названий относили и отдельный род?

Феодор. По моему мнению, он не откажет рассмотреть это; не так ли, чужеземец?

Чужеземец. Это так: вам, Феодор, нет отказа, да и сказать-то не трудно, что они признают три рода, однако дать каждому из них ясное определение, что именно он такое, дело немалое и нелегкое.

Феодор. Воистину, Сократ, по счастливой случайности ты как раз затронул вопросы, близкие тому, о чем мы расспрашивали его, прежде чем сюда прийти. А он и тогда отвечал нам то же, что теперь тебе: он говорит, что об этих-то вещах наслушался достаточно и твердо их помнит.

Сократ. Так, чужеземец, не откажи нам в первом одолжении, о котором мы тебя просим. Скажи-ка нам вот что: как ты привык – сам в длинной речи исследовать то, что желаешь кому-нибудь показать, или путем вопросов, как это, например, делал в своих великолепных рассуждениях Парменид, чему я был свидетель, когда был молодым, а тот уже преклонным старцем?

Чужеземец. С тем, Сократ, кто беседует мирно, не раздражаясь, легче рассуждать, спрашивая его, в противном же случае лучше делать это самому.

Сократ. Так ты можешь выбрать себе в собеседники из присутствующих кого пожелаешь: все будут внимать тебе спокойно. Но если ты послушаешься моего совета, то выберешь кого-нибудь из молодых, например вот этого Теэтета или же кого-то из остальных, если кто тебе по душе.

Чужеземец. Стыд берет меня, Сократ, находясь теперь с вами впервые, вести беседу не постепенно, слово за словом, но произнося длинную, пространную, непрерывную речь, обращаясь к самому себе или же к другому, словно делая то напоказ. Ведь в действительности то, о чем зашла теперь речь, не так просто, как, может быть, понадеется кто-то, судя по вопросу, но нуждается в длинном рассуждении. С другой стороны, не угодить в этом тебе и другим, особенно же после того, что ты сказал, кажется мне неучтивым и грубым. Я вполне одобряю, чтобы собеседником моим был именно Теэтет, как потому, что и сам я с ним уже раньше вел разговор, так и оттого, что ты меня теперь к этому побуждаешь.

Теэтет. Сделай же так, чужеземец, и, как сказал Сократ, ты угодишь всем.

Чужеземец. Кажется, об этом не приходится более говорить. Что ж, после всего этого моя речь, по-видимому, должна быть обращена к тебе. Если же для тебя из-за обширности исследования что-то окажется обременительным, вини в том не меня, но вот этих твоих друзей.

Теэтет. Я с своей стороны думаю, что в таком случае я не сдамся; а случись что-либо подобное, то мы возьмем в помощники вот этого Сократа, Сократова тезку, моего сверстника и сотоварища по гимнастическим упражнениям, которому вообще привычно трудиться вместе со мной.

[Первоначальные частичные определения софиста]

Чужеземец. Ты хорошо говоришь, но об этом уж ты сам с собой поразмыслишь во время исследования, вместе же со мною тебе надо сейчас начать исследование, как мне кажется, прежде всего с софиста, рассматривая и давая объяснение, что он такое. Ведь пока мы с тобою относительно него согласны в одном только имени, а то, что мы называем этим именем, быть может, каждый из нас про себя понимает по-своему, меж тем как всегда и во всем должно скорее с помощью объяснения соглашаться относительно самой вещи, чем соглашаться об одном только имени без объяснения. Однако постигнуть род того, что мы намерены исследовать, а именно что такое софист, не очень-то легкое дело. С другой стороны, если что-нибудь важное должно разрабатывать как следует, то здесь все в древности были согласны, что надо упражняться на менее важном и более легком прежде, чем на самом важном. Итак, Теэтет, я советую это и нам, раз мы признали, что род софиста тяжело уловить: сначала на чем-либо другом, более легком, поупражняться в способе его исследования, если только ты не можешь указать какой-нибудь иной, более удобный путь.

Теэтет. Нет, не могу.

Чужеземец. Итак, не желаешь ли ты, чтобы мы, обращаясь к чему-либо незначительному, попытались сделать это образцом для более важного?

Теэтет. Да.

Чужеземец. Так что же предложить нам – хорошо известное, а вместе с тем и маловажное, но допускающее объяснение ничуть не меньше, чем что-либо важное? Например, рыбак, удящий рыбу, не есть ли он нечто всем известное и заслуживающее не очень-то большого внимания?

Теэтет. Это так.

Чужеземец. Однако я надеюсь, что он укажет нам путь исследования и объяснение, небесполезное для того, чего мы желаем.

Теэтет. Это было бы хорошо.

Чужеземец. Давай же начнем с него следующим образом. Скажи мне: предположим ли мы, что он знаток своего дела, или же скажем, что он в нем неискусен, но обладает другой способностью?

Теэтет. Уж меньше всего можно признать, что он неискусен.

Чужеземец. Но ведь все искусства распадаются на два вида.

Теэтет. Как так?

Страница 1 из 154

Назад12154Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 3

Назад123Далее