Загрузка...
Застольные беседы — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Застольные беседы

Автор Плутарх
0+43 читателей
Язык книгиru
Язык оригиналаel
Возрастное ограничение0+
Темы
застольные беседысимпосийфилософиявинодискуссиядревнегреческая культурапирпитание

Описание

Книга представляет собой собрание диалогов Плутарха, в которых обсуждаются правила, этика и философия застольных бесед, а также взаимосвязь вина, дружбы, пищи, искусства и повседневных практик в древнегреческом обществе.

Главный конфликт / проблема

Как совместить философские размышления с традиционными ритуалами и развлечениями на симпосии, сохраняя баланс между учёной мыслью и весельем

Ключевые идеи

  • Философия должна присутствовать за вином, но не нарушать веселье
  • Соблюдение порядка и уважения к гостям – ключ к гармоничному симпосию
  • Роль симпосиарха как балансировщика серьёзности и лёгкости
  • Симпосий как место, где философия, музыка и обычаи взаимодополняют друг друга
  • Правила вопросов и шуток на симпозии
  • Осмотрительность в юморе
  • Влияние сезона на аппетит
  • Классический философский спор о курице и яйце
  • Происхождение древних видов спорта
  • Причины невозможности прививки сосны
  • Культурные традиции подачи пищи
  • Вино раскрывает характер и способствует дружбе

Вывод

Книга показывает, что философия и ритуал могут сосуществовать, если соблюдается умеренность, уважение к традициям и умение задавать правильные вопросы, что укрепляет дружбу и взаимопонимание в обществе.

Кому полезна

  • Философы
  • Историки
  • Культурологи
  • Организаторы мероприятий
  • Любители античной культуры
  • Студенты философии

Главные темы

  • Философия и ритуалы симпозия
  • Этика вопросов и шуток
  • Вино, дружба и питание
  • Плюрализм удовольствий и игры
  • Культурные нормы еды и питья
  • Философские размышления о повседневных явлениях
  • Музыка, поэзия и космос

Персонажи

  • Плутарх — Философ, объединяющий научные беседы с традиционным застольем. Обсуждает правила шуток, философские вопросы, фиксирует диалоги и рассказы. Комментирует природу удовольствий, симпосий и игр, а также практические вопросы еды и питья, привнося ссылки на философские и исторические источники.
  • Сосий Сенекион — Вносит аргументы о мнамоне и философии, представляет персидские обычаев, подчёркивает важность вопросов, вызывающих удовольствие. Задает вопрос о количестве гостей на свадьбах, аргументируя необходимость подтверждения союза. Известен афоризмом: «поесть в одиночестве – не полноценный обед».
  • Кратон — Обсуждает обязанности симпосиарха, уточняет роль коры и смолы.
  • Ламприй — Предлагает идеи о порядке симпосия, поддерживает Агия, обсуждает причины воздержания иудей от свинины.
  • Филин — Предлагает альтернативный лингвистический взгляд, аргументирует пользу разнообразной пищи, спорит о простоте и разнообразии с Маркионом и Филоном.
  • Филон — Обосновывает аргументы через свойства древесины, поддерживает простую пищу, обсуждает с Филином.
  • Аммоний — Выступает за лавровые венки, считает цветочные неподходящими для философов. Руководитель академии, инициатор обсуждений, стремится к гармонии между учёной и художественной деятельностью.
  • Эратон — Обсуждает свойства растений и венков, приводит аргументы о лечебных свойствах, участвует в обсуждении уместности цитирования.
  • Флор — Обсуждает реакцию женщин и стариков на алкоголь, добавляет аргументы о праздниках и геометрии.
  • Аристон — Выступает за присутствие философии в симпосии.
  • Ксенофонт — Указывает на персидские практики и их влияние.
  • Главкий — Предлагает биологические объяснения.

Цитаты

  • За винной чашей не терплю я мнамона
  • Ныне спешите обедать
  • "Изо всех вещей, Сосий Сенекион, которые принадлежат к симпосию, одни необходимы - вино, хлеб, кушанья, конечно, также ложа и столы; другие же добавляются без такой необходимости, ради развлечения"
  • "Если люди едят больше в осенний период, то это связано с повышенной активностью пищеварительных органов и вкусовыми особенностями урожая."
  • "Невежество надо скрывать"
  • "Пять кубков - да, три кубка - да, четыре - нет"
  • "Разве к тому, что разнообразная еда вкуснее, а то, что вкуснее, вызывает хороший аппетит, а хороший аппетит сопутствует здоровью"
  • "Мертвец - первейший отброс, а всякое мясо -мертвечина"
  • "Сегодня я поел, но не пообедал"
  • "Лучшее вино находится в средней части бочки"

Сводка по автору из Wikidata

0040–0120. Πλούταρχος. древнегреческий философ, биограф, моралист

Читать онлайн

Страница 2 из 109

{6 ...разогнал бы... всех Харит. — В метафорическом смысле — лишил бы пир привлекательности и радости. Хариты (лат. Gratiae — Грации) — дочери Зевса и океаниды Эвриномы, богини вечной юности и дружеского расположения; по Гесиоду, их три сестры: Эвфросина («Благая радость»), Аглая («Сияющая») и Талия («Цветущая») (Теогония, 907—911).}

{7 ...ей. как учительнице жизни... — Макробий уточняет: философия на пиру могла бы оказать благотворное воздействие на тех, кто попал «в сети порока», воспитывая их и побуждая к лучшему рассказами о различных проявлениях добродетели (Macr. Sat. VII 1, 20 sq.). Именно в этом видели роль философии стоики: она как учительница жизни должна обучать не красноречию, но нравственности; так, стоику Мусонию приписываются такие слова: «Философия — это безупречная жизнь (καλοκὰγαθίας ε̉στιν ε̉πιτήδευσις) и не что иное» (Stob., V. II, р. 239, 28).}

{8 ...уподобляясь гостеприимцам Ореста... — Согласно преданию, пришедший в Афины Орест не мог участвовать в исполнении священных обрядов, в частности совершать возлияния богам, разделять общую трапезу, так как был осквернен матереубийством. Правивший в Афинах Демофонт (по другой версии — его сыновья), не желая отказать Оресту в приеме, принял все меры предосторожности, чтобы оградить участников трапезы и богов от орестовой скверны; так, у Еврипида Орест рассказывает:

...обед

Давали на столе отдельном; молча

Вкушая пищу, те друзья и мне

Уста сковали, чтобы не казалось,

Что гость я пира и беседы их.

Так и вина усладу равномерно

Всем из отдельных черпали кратеров.

(Ифигения в Тавриде, 951 сл. )

Даже венки, которые были на участниках трапезы, следовало по ее окончании надеть на кувшины, из которых каждый пил, но не посвящать их, по обычаю, в храм, поскольку они побывали с убийцей под одной кровлей. Предание об Оресте — попытка этнологического объяснения Праздника Кувшинов (Χόες), в частности тех его особенностей, которые присущи ему как празднику Поминовения. Ср. у Еврипида:

И слышу я: злосчастие мое

Причиной стало местного обряда, —

Поныне в силе там закон, чтоб чтил

Народ Паллады „Кружек“ торжество.

(Там же, 957 сл. )

(«Кружками» здесь переведено греч. χόες).}

{9 ...молча есть, и пить в законодательном собрании... — По свидетельству Аристотеля, законодательным собранием (θεσμοθετει̃ον) называлось здание, где в древнейший период истории Афин собирались архонты-фесмофеты (θεσμοθέται, «законодатели») (Афинская по лития, 3, 5). Где именно принимал Демофонт Ореста, предание не сообщает. Скорее всего, фесмофетей упоминается вне связи с историей Ореста — в противном случае это был бы анахронизм: по сведениям Аристотеля, должности архонотов-фесмофетов в то время еще не были учреждены (Афинская полития, 3, 4). По-видимому, Плутарх употребляет слово θεσμοθετει̃ον как синоним «пританея» — помещения для встреч и торжественных обедов дежурных афинских правителей в классическую эпоху.}

{10 ...если Дионис подлинно Лиэй-освободитель... — См. Рим. воп. 289 А; ср. ниже, примеч. 58 к книге V.}

3, На это ты заметил, что нет оснований возражать Кратону, но следует установить характер и направление философствования за вином, чтобы [d] избегнуть той не лишенной остроумия насмешки, которую навлекают на себя спорщики, изощряющиеся в софистике:

Ныне спешите обедать, а там и к сраженью приступим. {11} -

{11 «Ныне спешите обедать... » — Слова Агамемнона (Ил. II 381), оторванные от контекста, превратились в насмешку, направленную против тех, кто кончает пир спором, а спор — кровавой дракой. Осуждение распущенности, царящей на пирах, — общее место позднеантичной литературы. Лукиан посвятил изображению такого пира целое произведение — «Пир, или Лапифы». Афиней, вслед за Плутархом, указывает на уместность этой стихотворной насмешки над теми, кто буйствует на пиру (Ath. 420 f).}

и призвал нас к обсуждению этих вопросов. Я высказал то мнение, что прежде всего надо учесть, каковы сами участники пиршества: если среди них большинство - люди ученые, Сократы, Федры, Павсании, Эриксимахи, как у Агатона, или Хармиды, Антисфены, Гермогены, как у Каллпя, или другие, не уступающие этим, то мы предоставим им философствовать за кубком, сочетая Диониса с Музами в той же мере, что и с Нимфами: {12} ведь эти делают его милостивым и кротким для тела, а те - поистине [e] отрадным и благодатным для души. Если даже в пиршестве участвует и несколько людей неученых, то и они среди большинства образованных, подобно согласным буквам в окружении гласных, приобщатся к некоему не совсем нечленораздельному звучанию и пониманию. Но если соберется множество таких людей, которым пение любой птицы, звучание любой струны, стук любой доски {13} приемлемее, чем голос философа, то в этих условиях надо последовать примеру Писистрата: когда у него возникли раздоры с сыновьями и он узнал, что его недруги злорадствуют по этому поводу, то, созвав народное собрание, объявил, что хотел образумить сыновей, но видя, что они упорствуют, готов сам им уступить и последовать их требованиям. {14} Вот так и философ в обществе собутыльников, для которых его речи недоступны, перестроится и снисходительно примет их времяпрепровождение, насколько оно не выходит из пределов благопристойности, понимая, что риторствуют люди в речах, а философствовать могут и в молчании, и в игре, и даже - Зевс свидетель - в насмешках, как направленных в других, так и метящих в них самих. Ведь если, как говорит Платон, "величайшая несправедливость - не будучи [614] справедливым, казаться таким", {15} то, с другой стороны, высшая мудрость - философствуя, не казаться философствующим и шуткой достигать серьезной цели. {16} Подобно тому как у Еврипида менады без щита и меча ударами легких тирсов ранят нападающих на них, {17} так шутливые насмешки истинных философов глубоко затрагивают тех, кто не вовсе неуязвим, и производят на них то или иное необходимое воздействие. 4. Есть, полагаю я, и некий род рассказов, подходящих для симпосия: один дает история, другие можно почерпнуть в повседневной действительности. Многие из них содержат примеры, располагающие к философии, многие - к благочестию; они пробуждают ревность к мужественным и великодушным деяниям, к благородству и человечности. Кто, ненавязчиво используя эти рассказы, воспитывает пирующих, тот намного сократит дурную сторону опьянения. А вот те, кто по примеру гомеровской Елены, {18} которая приправляет вино чудесным зельем, примешивает к вину буглоссу и окропляет пол настоем вербены и адианта, чтобы сообщить пирующим благодушие и дружелюбное настроение, упускают из виду, что это сказание, пройдя длинный путь из Египта, завершилось пристойными и подобающими [c] обстановке речами: Елена рассказывает угощаемым об Одиссее, что он,

Страница 2 из 109

Вам также может понравиться

Страница 1 из 12

Назад1212Далее